b000002315

А долго лп просидишь в этой грязной задохлой воде, уж е подернутой кое-где корочкой льда? «Но вот пошел в атаку соседний полк, что был на стыке. А потом и мы, — вспоминает Г. Григориади. — Нужно было перерезать шоссе. Но тут с их стороны де­ сятиствольный миномет стал поплевывать... Сериями. Много раненых. Вот и меня задело... Я попытался сесть — все темнеет. Лягу — малость прояснится. И жарко. Все снял: плащ-палатку, шинель, стеганку... Остался в гимнастерке. Хотел и ее снять — не дали: «С ума сошел! В такой-то холод!» Боеприпасы на исхо­ де. Кто-то ползал — собирал патроны и немецкие авто­ маты... Потом, когда меня выносили из боя, четыре раза купали в реке. Так что попутно прихватил крупозное воспаление легких...» Тридцать один осколок извлекли из тела Григория Григориади врачи полевого госпиталя. Удивлялись, как выжил человек. А так и выжил. Помните, как нежно и тревожно ска­ зал о танке, об этой бронированной машине, Сергей Орлов: «Мы все перенесем с тобой: мы люди, а она стальная...» Ей труднее... Человек крепче. Тяжелое ранение сделало Григория Григориади не­ трудоспособным. Формально. Григориади в течение многих лет вел кружок авиа­ моделистов на станции юных техников. Вырастил много классных спортсменов. Последние годы бессменно руко­ водил темпртаускнм литературным объединением «Маг­ нит». А война, как застарелый осколок, притаившийся где- то возле сердца, будет еще долго напоминать о себе. И память властно позовет к перу и бумаге. В 1979 году выйдет первая книга стихов Г. Григориа­ ди «Зарубки в памяти». Долгим оказался путь фронтовика к первой книге. Хотя стихи его заслуживали большего внимания, боль­ шей оперативности.