b000002315

Что-то смешное рассказывал возчик, посмеивался отец, улыбалась мать, весело было нам с сестрой. Ноког да я оглянулся на зеленую нашу улицу, что-то сдавилс горло. Вот пересохший пруд, с крутых берегов которого мы скатывались на салазках и на лыжах. Вот амбары возле которых мы играли в прятки... Вот здесь живет Володя Кувшинников, а вот там — Петя Захаров... Ну зачем мы уезжаем отсюда, зачем? Мать рассказывала, что им с отцом пришлось изряд­ но поколесить по свету. — Не сиделось ему на одном месте. Только обжи­ вемся — на тебе: «Собирайся, едем...» И начинает ри­ совать перспективы: «Да ты знаешь, какая там приро­ да! А школа какая!» Пройдет много лет, и я, не любивший переезжать с насиженного места, вдруг услышу этот зов — зов до­ роги. Может быть, пример отца сыграл свою роль, а мо­ жет быть, я инстинктивно чувствовал, что скоро судьба откажет мне в движении, и старался запастись этим движением впрок. И вот теперь, когда Меня эемное притяжение Так придавило, что не встать, «щемящее чувство дороги* то полыхнет во мне светло и обещающе, то начнет подтачивать, как угрызение со­ вести... Я просыпаюсь от тревогп, Что с каждым днем все меньше сил, А я не все свои дороги. Не все тропинки исходил. А значит, задолжал кому-то То, что не выразишь в деньгах. И потому на сердце смута И пУрькнн привкус на губах. Мои непройденвые метры Кому-то у д л и н я т путь, Мон невстреченные ветры