b000002315

— Ну хорошо, пришлите мне один-два рисунка. По­ смотрю, покажу кому-нибудь из наших художников-ил- люстраторов. И вот снова звонок. Деликатнейшая Агния Львовна! Она облекла не­ приятное известие в такую форму, что я не'почувство- нал огорчения. Было чувство собственной вины — вины в том, что напрасно побеспокоил людей. Суть ответа мос­ ковского художника Мая Мптурича сводилась к следую­ щему: «Стихи этого автора нуждаются в иллюстриро­ вании на более высоком уровне». Да оно и понятно. Опытнейшие профессиональные художники убивают годы и годы, чтобы овладеть нелег­ кой спецификой книжной иллюстрации. А я хотел сде­ лать это с лету... Я смотрю телевизионную передачу «Переводы с дет­ ского», а на столе передо мной лежит книга того ж е на­ звания. Глядя на красочные иллюстрации, жалею, что черно-белый экран не может передать этого много­ цветья. «Переводы с детского» — не переводы в общеприня­ том смысле. Вдумаемся в это необычное, мгновенно за­ воевывающее наше внимание — «переводы с детского». На какой же? На взрослый? Нет. Книга адресована младшим школьникам. Изюминка, парадоксальность именно в том, что это «переводы» с детского... на дет­ ский. Это, так сказать, переложение с языка детской непосредственности на язык поэтических образов с уче­ том особенностей детского восприятия. А. Л. Барто побывала во многих странах мира и ча­ сто из своих поездок привозила стихи, написанные деть­ ми разных континентов. «Стихи «невеликих поэтов» — так шутливо назвала писательница эти еще во многом неумелые, но чистые, искренние стихи. «...Я не знаю многих языков. Но я знаю язык дет­ ский. И поэтому в подстрочном переводе стараюсь уло