b000002315

нии: как глубоко ошибаются те, кто считает, что подро­ стки не любят поэзию. Они ее любят, но, к сожалению, слишком мало пишется для них стихов, хороших стихов, учитывающих специфику этого возраста. Я спросил, какие стихи, по ее мнению, можно счи­ тать сугубо подростковыми. — Думается, стихи типа баллад, — ответила она, — стихи романтического плана. Дети вообще максимали­ сты, а подростки в особенности. Их увлекают сильные личности, такие, как Овод, Спартак... Сатиру опи тоже любят. — Вы говорили, они читали Заболоцкого, Возне­ сенского. — Ничего страшного. Многие из них в состоянии по­ стичь и сложную поэзию, хотя у некоторых, может быть, пока еще только формальный интерес к стихам такого рода... Постепенно разговор перешел на современную поэ­ зию вообще. Что особенно врезалось в память — это, так, сказать, демократический характер беседы. Не ощу­ щалось никакой дистанции. Всем своим видом Агния Львовна как бы поощряла собеседника, дерзнувшего что- то оспорить. Такси запаздывало. Как потом выяснилось, маши­ на застряла в какой-то канаве на подступах к ново­ стройке. Говорят, что лучший подарок — это хорошая книга. А когда ее дарит сам автор — тем боле*. На двухтом­ нике избранных произведений Агния Львовна Барто сде­ лала такую надпись: «Пускай мои два тома у вас жи ­ вут, как дома». — А вот этой книги в продаже еще нет, — сказала она. — Дарю вам сигнальный экземпляр. На титульном листе, где появился еще один авто­ граф Агнии Львовны, я прочел: «Переводы с детского*. Книга эта, очень своеобразная и, пожалуй, единствен-