b000002315

Да, настроеньице... Каламбур каламбуром, но что-то несколько мрачновато. Да и, как говорится, не говори «гоп». До сорока еще надо дожить. Через два дня — Но вый год, через пять — день рождения. Мог ли я предположить, что эта иронии обернется для меня едва не трагическим пророчеством? Звякает ключ, вставляемый в замочную скважину Ну наконец-то! Види пустую коляску и мою ногу, торчащую из-по; двери, Галина сбрасывает пальто примо на пол... — Что случилось?! Не знает, как подступиться ко мне: здесь — коляска загородившая весь коридорчик, там — полуоткрытая и заклиненная моей стопой дверь... Начинаю давать руководящие указании: — Ногу, ногу сначала надо освободить... И вот она, частично ободранная, несколько подвер нутая и растянутая, медленно сгибается в колене. Сижу, прислоненный спиной к стене, и испытывав почти блаженство. Уже чувствую руки, хоти кисти ещ( не отошли. Шевелю пальцами, но кажется, что делав это только мысленно... По выражению лица Галины догадываюсь, что видиь у меня еще тот! Облизываю губы. Нижняя стала толщ» раза в три. Нос тоже распух, и запекшаяся кровь на глухо забила ноздри. Дышу ртом, отвалив нижнюю че люсть. Поднять меня на коляску ж ене никак не удается Хотя и соблюдаю талию, рост — метр семьдесят пять — что-то да значит. Весьма приличная охапка костей. Галипа приносит чемодан, сажает меня на него, по том движком перетаскивает к кровати. Подвернутую ногу придерживаю за колено. Морщусь, стискиваю зу бы... Ничего, терпимо. Разве эта боль идет в какое-т; сравнение с той, что была, когда я сломал ногу? Эту ж самую. Тридцать лет назад. Фу... Вот наконец и все. Л еж у в постели. Ничего