b000002299

— Да... — вздохнула она легонько. — Дѣти любятъ погремушки... — И ничто не даетъ мнѣ увѣренности въ луч­ шей долѣ человѣка какъ именно слова... — тише заключилъ тотъ. — Психологическій законъ, вѣрно выраженный въ словахъ «отъ полноты сердца гла­ голятъ уста», непреложенъ и, если теперь мы слы­ шимъ слова: свобода, равенство, братство, которыхъ раньше — тысячи лѣтъ назадъ — не было, то я знаю, что въ душѣ человѣка забили новые ключи, которыхъ раньше тоже не было. И, можетъ быть, придетъ вре­ мя, когда ключи эти, слившись, потекутъ широкой и могучей рѣкой обновленнаго человѣчества въ но­ вую, прекрасную жизнь и новое человѣчество это, забывъ всѣхъ своихъ старыхъ, немножко исключи­ тельныхъ боговъ, падши поклонится Богу Едино­ му, Отцу всего сущаго... — Любовь вотъ богъ безсмертный, которому по­ корно все живое... — низкимъ голосомъ проговори­ ла тихо Ксенія Федоровна и вдругъ воскликнула жи­ во: — Ай, смотрите! Точно рука... Что это такое? Андрей торопливо наклонился къ продолгова­ тому камню, съ котораго она концомъ зонтика ма­ шинально счищала зеленый мохъ. Въ самомъ дѣлѣ, на камнѣ было ясно видно грубое, плоское изобра­ женіе человѣческой руки. Въ одну минуту нетерпѣ­ ливыя руки молодежи очистили отъ моха весь камень, — это было изображеніе человѣка, державшаго въ правой рукѣ пучекъ яро извивающихся молній. И такъ какъ на плоскомъ лицѣ его не было никакого человѣческаго выраженія, то и казалось оно испол­ неннымъ какого-то неземнаго спокойствія, силы и даже величія... — Это удивительно... Это поразительно... — говорилъ Андрей, точно соображая. — Это, по всей видимости, тотъ самый Перунъ, котораго первые про­ повѣдники изъ Кіева сбросили оттуда, съ обрыва,