b000002299

чемъ поетъ хоръ, а точно совершая въ тайнѣ души какое-то особенное, интимное богослуженіе. Вспо­ миналась вся жизнь, всѣ грѣхи вольные и невольные, поднималось чувство благодарности къ Богу, что вотъ упокоилъ онъ ее въ тихомъ трудовомъ пристани­ щѣ, свѣтлой лампадой теплилась въ душѣ надежда, что и впредь Господь не оставитъ ее своей милостью, что дни ея просто разрѣшатся въ мирной и непостыд­ ной кончинѣ и что сможетъ она въ концѣ концовъ дать добрый отвѣтъ на страшномъ судиіцѣ Хри­ стовомъ. Ваня широко открытыми глазами смотрѣлъ на то строгіе, то умиленные лики святыхъ, тепло оза­ ренные священными огнями, и ему иногда казалось, что это прекрасные гимны благоухаютъ такъ въ ку­ реніяхъ кадильныхъ или что эти сизыя волны благо­ уханій поютъ такъ надъ толпой,и странно волнова­ лась душа ребенка предъ непонятнымъ, но прекрас­ нымъ. Иногда его развлекала плачущая на колѣняхъ молодая женщина, изступленно, сквозь слезы смотря­ щая къ тихо сіяющему алтарю, или старая схимница- княгиня, потерявшая во время бунта на Волгѣ всю свою семью, въ черной мантіи съ бѣлыми костями и черепами, отъ которыхъ вѣяло холодной, за душу берущей жутью, или ласточка, съ нѣжнымъ щебе­ таньемъ носившаяся въ куполѣ, пронизанномъ золо­ тыми столпами, — тогда Марья Семеновна тихонько трогала мальчика за плечо и ласково напоминала ему, что надо молиться. Но забылъ о молитвѣ Сергѣй Ивановичъ, — онъ молился у другого алтаря, другимъ чиномъ, другому богу: просіявшіе, горячіе глаза его не отрывались отъ поющаго хора, отъ этой стройной и такой строгой, чистой, недоступной въ своемъ черномъ одѣяніи кра­ савицы, сестры Нины, племянницы старой княгини- схимницы, съ нѣжнымъ оваломъ лица, съ голубыми, какъ небо, глазами и крошечной родинкой надъ верх-