b000002299

Но эта лѣсная жизнь была скрыта, доступна только посвященнымъ, нужно было извѣстное усиліе и большое знаніе лѣса, чтобы проникнуть въ ея таин­ ства, но и та жизнь, которая шла на виду, была не менѣе прелестна со своими хорами зябликовъ, мали­ новокъ, пѣночекъ, нарядныхъ щегловъ, крошечныхъ крапивниковъ, со своими пестрыми дятлами, тоску­ ющими кукушками, желтыми иволгами, вороватыми сойками, траурными сороками, зловѣщими воронами и филинами, а по низинамъ, къ Ужвѣ, и безчисленными соловьями... А надъ цвѣтущими полянами и опушками, гдѣ такъ много по веснѣ цвѣтовъ, трепетали пестрые мо­ тыльки и стрекозы на своихъ слюдяныхъ крылышкахъ... — Садитесь, Иванъ Степановичъ, теперь я пойду... — крикнула Марья Семеновна. — А то устанете, не выстоите обѣдни... Поспоривъ, сколько требовалось для поддержанія своего престижа стараго охотника и великолѣпнаго ходока, Иванъ Степановичъ сдался: ноги-то все же не прежнія. И онъ сѣлъ въ тарантасъ, а Марья Семе­ новна пошла сторонкой... —Экія мѣста!.. — сказала она, любовно огля­ дывая все вокругъ. — Благодать! Въ позапрошломъ году я разъ тутъ сто восемьдесятъ семь бѣлыхъ однимъ заходомъ взяла... — Ну, какія это мѣста! — возразилъ Иванъ Сте­ пановичъ. — Вотъ у меня на Лисьихъ Горахъ такъ мѣста! Здѣсь мѣсто сравнительно низкое, грибъ растетъ рыхлый, а тамъ, по борамъ, идетъ все крѣпышъ, точно на подборъ, настоящая слоновая кость! Они любили посоперничатьтакъвъ знаніи лѣса, его богатствъ и тайнъ и никогда не уступали одинъ другому. —Такъ до вашихъ-то Лисьихъ Горъ день ходу, а тутъ рукой подать... —возразила Марья Семеновна. —А что здѣсь грибъ плохъ, такъ это и говорить грѣш­ но. Что, не хороши были маринованные, которые вамъ вчера къ жаркому подавали?