b000002299

какой писатель напишетъ одной книжкой мень­ ше... Вотъ во-истину золотыя слова!» И, полная трепетнаго желанія уловить до кон­ ца послѣднюю мысль любимаго отца, Шура осторо­ жно перевернула нѣсколько страницъ назадъ и гла­ за ея упали на совсѣмъ свѣжую, сдѣланную, вѣро­ ятно, еще сегодня помарку: раньше глава эта назы­ валась «Литературная и общественная дѣятельность за послѣдніе годы», — теперь это заглавіе было пе­ речеркнуто, а сверху неувѣреннымъ, старческимъ почеркомъ было написано: «Сказка про большого пѣтуха».... XXVII. — МЕДВѣ ЖЬЯ ОХОТА. Стояли тихіе, солнечные, морозные дни. Непо­ движный воздухъ крѣпко жегъ лицо и веселилъ ду­ шу. Ужвинскіе лѣса превратились въ прекрасные, бѣлые чертоги: башни, арки, купола, минареты, ог­ ромныя бѣлыя залы, колонны и нѣтъ конца, нѣтъ конца этому прекрасному бѣлому городу... Дерев­ ни до коньковъ потонули въ снѣгу и по утрамъ зо­ лотисто-розовыми столбиками поднимался изъ избъ кудрявый, пахучій дымокъ. Ночью по синему снѣ­ гу крутились свирѣпыя волчьи свадьбы и глаза звѣ­ рей горѣли зеленымъ огнемъ и рвали они одинъ дру­ гого на смерть... Неподалеку отъ Вартца, подъ кобломъ, въ теп­ лой ямѣ, отрѣзанная отъ всего міра непроходимы­ ми снѣгами, лежала медвѣдица съ двумя крошеч­ ными медвѣжатами и, посасывая могучую лапу, ти­ хонько урчала: ур-ур-ур-ур... ур-ур-ур-ур... Лю­ ди думаютъ, что медвѣли сосутъ лапу для того, что­ бы жиромъ своимъ обманывать зимній голодъ, но это совершенно невѣрно: лапа для медвѣдя это то же, что для человѣка весело шумящій самоваръ