b000002299

совсѣмъ заскучавшій безъ охоты Гаврила. — Можетъ, сходимъ разокъ? Навѣрное одного заполюемъ... — Отлично... — согласился Сергѣй Ивановичъ: надо же, въ самомъ дѣлѣ, хоть что-нибудь дѣлать... — Сегодня и пойдемъ.. А вечеръ будетъ тихій... Готовься.. Обрадовавшійся Гаврила торопливо пошелъ гото­ вить все необходимое для интересной охоты. Онъожилъ: авось, пронесетъ какъ Господь это навожденіе, авось, снова заживутъ они милой, мирной лѣсной жизнью! Онъ осмотрѣлъ свои пули, приготовилъ манокъ изъ бересты, попробовалъ его и снова сталъ объяснять Маринѣ, женѣ, какъ надо кормить сегодня вече­ ромъ собакъ. — А ну тебя!.. Отвяжись, смола! — отмахнулась она, блѣдная, преждевременно опустившаяся женщи­ на. — Не знаютъ съ твое-то.. — Главное дѣло, Ледьку покорми отдѣльной поменьше...— продолжалъ онъ. — Что-то заскуча­ ла собаченка и чутье горячее... Ужъ не чума ли, хра­ ни Богъ... — А параликъ всѣхъ ихъ расшиби! — раздра­ женно крикнула Марина. — И до чего осточертѣлъ мнѣ этотъ твой лѣсъ, и сказать не могу... — Прямо хушь въ петлю, истинный Господь!... Гаврила всталъ и, безнадежно махнувъ рукой, вышелъ и взволнованно закурилъ собачью ножку: бѣда съ этими бабами! И по кой лѣшій понесло его жениться? Но, когда осторожно, будто мимоходомъ, заглянулъ онъ въ окно Сергѣя Ивановича и увидѣлъ, что онъ промазываетъ пиролемъ своего удивитель­ наго Себастіана Функа, на душѣ его опять повесе­ лѣло. Въ три часа они вышли, чтобы по сумерекъ быть на мѣстѣ, на «Красной Горкѣ», неподалеку отъ «Жу­ равлинаго Дола». Дорогой молчали: Сергѣй Ивано­ вичъ все упорно думалъ свое и только односложно и разсѣянно отвѣчалъ на слова Гаврилы, и тотъ ото-