b000002299

они еще не видывали. Но запахъ отъ него шелъ, хотя и затхлый немного, но теплый и вкусный... Привлеченные боевыми трубами товарищей, слѣва неслись еще три сѣренькихъ аэроплана, а справа сразу пять. Застоявшійся лѣсной воздухъ, казалось, сразу ожилъ и зазвенѣлъ пріятнымъ серебристо­ нѣжнымъ, пѣвучимъ звономъ... Профессоръ сорвалъ съ молоденькой березки нѣсколько вѣтокъ — отъ нихъ шелъ упоительный запахъ свѣжей зелени... — и легонько отстранилъ ими плясавшихъ вкругъ его головы свою боевую пляску комаровъ. Тѣ, какъ-то насмѣшливо продѣлавъ самыя головоломныя мертвыя петли и паденія и на хвостъ, и на крыло, отлетѣли въ сторону, но тотчасъ же снова пошли въ аттаку, вызы­ вая трубными звуками резервы... Профессоръ поднялся съ валуна и спустился ближе къ берегу. Зеленыя кочки зловѣще закачались. Изъ густого тальника поднялась сѣрая цапля и, выставивъ грудь и вытянувъ длинныя ноги, медленно полетѣла надъ озеромъ и во всей ея апокалиптически изломанной фигурѣ профессору почувствовался укоръ и недоволь­ ство: зачѣмъ пришелъ? Что тебѣ еще тутъ надо? Надъ головой его уже звенѣло цѣлое облачко комаровъ и острые уколы то въ ухо, то въ шею, то въ руку заставляли профессора нетерпѣливо дергаться и энергичнѣе махать душистыми вѣточками. Нисколь­ ко того не желая, онъ сокрушилъ уже нѣсколько этихъ изящныхъ малютокъ-аэроплановъ, которые тихо ва­ лились на влажную землю, но мѣсто павшихъ бой­ цовъ быстро занимали другіе, ловкіе, жадные, смѣ­ лые... Бултыхнулась въ озерѣ огромная старая щука и мелкія волны красивыми золотыми и рубиновыми кругами пошли къ берегамъ и зашептались о чемъ-то старые камыши. Красноголсвая желна звонко про­ трещала въ глубинѣ лѣса. Рѣзкій уколъ въ лѣвое ухо, невольное движеніе и на рукѣ капелька крови, и сѣренькій комочекъ раздавленнаго лѣсного воина.