b000002299

Въ тихомъ воздухѣ вдругъ протяжно и тонко зазвенѣла боевая пѣснь комара. Крупный, рыжій, проплясавъ сѣрой тѣнью передъ лицомъ профессора ровно столько, сколько это требовалось его страте­ гическими соображеніями, онъ опустился ему на руку, аккуратно разставилъ свои тонкія, какъ волосики, ножки и торопливо и жадно погрузилъ свое острое жало въ тѣло профессора. Тотъ осторожно поднялъ руку и слѣдилъ, какъ быстро наливалось красной кровью это маленькое, сѣро-желтое тѣльце. Вотъ оно такъ распухло, что еще мгновеніе, казалось, и ма­ ленькій хищникъ лопнетъ. Но комаръ вытащилъ жало и, перегруженный, совсѣмъ обезсиленный, под­ нялся - было на воздухъ и тутъ, же безсильно, въ не­ передаваемомъ блаженствѣ повалился на пахучій, мягкій мохъ. Въ комариной душѣ его было полное довольство жизнью, маленькое тѣло его плавало въ сладкой истомѣ и дремотно мечталъ онъ, какъ завтра, сильный, бодрый, будетъ онъ плясать въ вечернемъ солнечномъ лучѣ боевую гляску, и мечталъ онъ о сладостной любви въ свѣжей тѣни густого куста калины... А передъ профессоромъ плясалъ уже другой комаръ, но рука старика непріятно зудѣла въ укушен­ номъ мѣстѣ и поэтому онъ тихенько отгонялъ малень­ каго хищника. Тотъ слегка отлеталъ въ сторону и снова побѣдоносно, самоувѣренно трубилъ и скова нападалъ... Профессоръ любовался имъ... И вдругъ острый уколъ въ шею заставилъ его инстинктивно мазнуть рукой по укушенному мѣсту, но напрасно: лѣсной воинъ, подкравшійся съ тыла, съ побѣдными трубными звуками отлетѣлъ въ сторону и оба крошки аэроплана пошли на профессора въ аттаку уже прямо въ лобъ. Комарамъ казались опасными и въ то же время смѣшными порывистыя, тяжелыя движенія этого нелѣпаго, огромнаго созданія, неизвѣстно от­ куда взявшагося въ лѣсной глуши: такого животнаго