b000002299

съ неодобреніемъ, покосилась на нее: ишь, бѣса-то тѣ­ шитъ... Ишь, покатывается! — Совсѣмъ вы мало кушали...—съ большимъ сожа­ лѣніемъ говорилъ Кузьма Ивановичъ, когда гости, не мопясь, Встали изъ-за стола. — Въ деревнѣ пола­ гается кушать покуда некуда... досыти...Можетъ, прикажете къ вечеру курочку зарѣзать? Супруга живо оборудуетъ... — Я едва ли вернусь сюда... — сказалъ Алексѣй Петровичъ. — Мы осмотримъ съ вами истоки Ужвы, а затѣмъ проѣдемъ лѣсами дальше... А вы тутъ оста­ нетесь, профессоръ? — Да, пока... — Такъ прикажете курочку? — повторилъКузьма Ивановичъ. Профессоръ по опыту зналъ, что въ такихъ слу­ чаяхъ курочка обыкновенно оказывается или старымъ, синимъ и жилистымъ пѣтухомъ, котораго не беретъ никакой зубъ, или же, наоборотъ, усердная хозяйка такъ распаритъ ее, что отъ нея остаются только какія- то нитки, сказалъ: — Нѣтъ, нѣтъ, спасибо... Я же сказалъ, что я мяса не ѣмъ... — И куръ не кушаете? — И куръ. Ничего живого... — Тэкъ-съ... — растерянно проговорилъ Кузьма Ивановичъ, Онъ рѣшительно ничего не понималъ въ этихъ дикихъ причупахъ: люди, повидимому, состоятель­ ные, а въ курицѣ себѣ отказываютъ... Быстро собравшись, Алексѣй Петровичъ съ Кузь­ мой Ивановичемъ уѣхали, а профессоръ пошелъ на озеро посмотрѣть на «короба». Ребята собрались- было поглядѣть на чудного барина, но какъ только онъ обратился къ нимъ съ какимъ-то вопросомъ, всѣ они моментально исчезли и болѣе уже не показыва­ лись.