b000002299

чистую кухню съ огромной, усовершенствованной плитой, гдѣ уже ждалъ его сонный Митюха. — Ну, Митюха, завтра чуть свѣтокъ запрягай лошадь и гони въ городъ... — сказалъ онъ дѣловито. — Вотъ по этой запискѣ возьмешь ты у Окромчедѣлова все, что тутъ записано: паштетъ изъ дичи — 2 фунта, затѣмъ омаровъ... да смотри, королевскихъ возьми, съ короной, а не дряни какой... 2 банки, затѣмъ скажи, чтобы дали тебѣ икры свѣжей 2 фунта... Постой: а сельдей-то я и забылъ записать... Ну, потомъ сыру швейцарскаго... да не чичкинскаго, а настоящаго швейцарскаго, заграничнаго... Ну, впротчемъ, что те­ бѣ тутъ вычитывать — все равно все перепутаешь... Просто передай ты эту записку самому Гаврилѣ Федо­ ровичу въ руки и скажи, что велѣли, дескать, Петръ Ивановичъ вамъ кланяться и велѣли отпустить по этой вотъ запискѣ все, что тутъ перечислено. За цѣной, молъ, мы не стоимъ, но чтобы все было самаго перваго сорта, на совѣсть, потому, молъ, сынокъ къ Петру Иванычу изъ Чикаги пріѣхалъ,' инженеръ, молъ, съ супругой... ну и... того... чтобы все было какъ слѣпо- ваитъ... Ну, а тутъ кое-что изъ винъ, сластей и всякой мелочи... Эхъ, ваниль-то забылъ! И долго онъ наставлялъ соннаго Митюху, какъ и что ему дѣлать, а затѣмъ, обсудивъ обстоятельно съ Марфой и Стегневной завтрашній обѣдъ, онъ снова на цыпочкахъ прошелъ въ столовую и прислушался у двери въ спальню гостей. — Ура! — грянуло на темной улицѣ. — Га-га-га... Погоди, собака, лаять, — рявкнули парни подъ тальянку, — Дай съ милашечксй побаять! Погоди, собака, выть, Дай съ милашкой мнѣ побыть! Петръ Ивановичъ крѣпко про себя выругался и, надѣвъ свою панаму, сердито направился къ гу­ лявшимъ мужикамъ..;