b000002298

покончить с этой дрянной авантюрой совсем. И вдруг я получаю от Вас длинное циркулярное письмо с изумительным предложением, письмо, написанное на том талмудическом языке, которого не схва­ тывают даже юристы. Смысл его заключался в следующем пред­ ложении: мне нужно было платить ту же премию, что и раньше, но застрахованный капитал уменьшался на 1,500 шв. фр. Это была мзда, которую Вы требовали с меня за освобождение моих детей из когтей Гитлера, за освобождение неполное, ибо 1,156 шв. фр. все же оставались во власти Великого Вождя, которые мои дети могли получить опять - таки только в Германии и только в мар­ ках по фантастическому курсу. А так как дела у Великого Вождя определенно не идут, то можно было с полным основанием пред­ полагать, что германское правительство вполне сможет превратить мои швейцарские франки в дым. Ведь, и теперь золотое покрытие марки таково, что овин остроумец очень метко назвал его фиговым листочком. Таким образом человек, добросовестно плативший Вам пре­ мии в течение 12 лет, отказывая себе во всем, мог утешаться, что в случае его смерти его маленькая внучка получит немножко дыма, прикрытого для приличия фиговым листочком разных пышных поли­ сов и другой дрянной макулатуры. Все, что мне оставалось, это прибегнуть к выкупу полиса, что мне давало 860 шв. фр. Таким образом удовольствие знакомства с Вами обошлось мне более чем в 20,000 франц. фр. Если безработный стянет хлеба на франк, полиция отводит его в тюрьму, а если богатое страховое общество, используя очень благоприятную для него конъюнктуру, ловкими комбинациями принудит своего клиента отказаться от страхования, заработав на этом кругленькую сумму, то прокурор сделает вив. что все идет как нельзя лучше в этом лучшем из миров. Разбойники больших ворог в прошлом были честные люди: зарабатывая себе хлеб ножом и кистенем, бедняки рисковали и сами своей головой. Современные разбойники засели в недоступ­ ных, как им кажется, небоскребах, — русский пример мог бы разу­ бедить их в этом, но жадность акулы ослепляет их... — выставили вокруг себя дозоры из ловчайших адвокатов и грабят вдов и сирот, совершенно безнаказанно. Я буду протестовать публично. Я требую от Вас прежде всего объяснения, кто же именно отнимает у моей крошечной внучки эти деньги, Девизенамт славного Фюрера или величественная Балуаэ или тут есть какое-то темненькое сог­ лашение между разбойниками Берлина и разбойниками Базеля. Какое-то соглашеньице тут, повидимому, есть, ибо а последнем письме своем ко мне Вы любезно сообщаете мне, «то следуемые мне по в и к у п у деньги могут быть переведены мне еже без всякого вмешательства Девизенамта: если платить, моей внучке 25.000 фр. фр., Девизенамт необходим, — д л я т о ю , чт обы Н Е зоягптякж».— а если я сам соглашусь принять вместо этих 20.000 только 4,000, то можно обойтись без Девизенамта... Это — разбой. Я жду от Вас ответа хотя бы ввиде вызова к прокурору для дачи показаний по делу оскорбления мною как германского прави­ тельства так и страхового о-ва " la báliose” .