b000002298

XX . У С Т А В Ш И Е . Гр. Софья Андреевна Толстая тонко говорила о сво­ их детях, что „природа отдыхает на них“ , т. е., что, взмыв на Льве Великом к небу, она утомилась и на всех этих пьянчужках и кутилках, его сыновьях, она вынуж дена „отдохнуть". Этот „отдых природы" заметен даже самому невнимательному глазу во всем так называемом высшем обществе: если предки их иногда и спасали Рим, то жалкие потомки эти в огромном большинстве случаев были не годны даже на жаркое. Этот „отдых" на потом­ стве даже великих является очень веским доказатель­ ством против распространенного суеверия, что все в мире „бесконечно" совершенствуется: шаг вперед в природе также несомнен, как и шаг и даже шаги назад, откат, „отдых" . Вера в прогресс нисколько не лучше веры в Иверскую. Этот „отдых природы" чрезвычайно резко сказался на семье великого боярина Николая де Пургин. Беда была не в том, что он служил конторщиком, беда была в том, что душа его была канцеляристом. Если эти ни­ щие духом читали газету, то только самую бульварную, самую мерзкую, из музыки они „признавали" только сам ую пошлую оперетку с острой грязцой, книга для них не существовала совсем и моральных устоев у них не было никаких: если здешний боярин засел в банке, то давшиеся в России братья и сестры его, превративш ись из бояр в товарищей, верой и правдой служили большевикам, как раньше верой и правдой служили они ма­ ленькими офицерами и земскими начальниками немецким самодержцам России: абы платили хоть что-нибудь.