b000002298

ли ... А эти все секреты-то его, я так полагаю, так что-то вроде болезни: ну, какой он, ко псу под хвост, швед?.. Ну, в о т ... И заводит он там сичас же, как у него полагается, эту свою волынку насчет св. писания. Девицы на него так и лезут: нельзя так говорить! А он свое: да какое же это св. писание, когда в нем есть страницы, которые никто вслух прочесть не решится?!. А т е на дыбы: любую страницу прочитаем!.. Вы, де, глупости все говорите, безбожник... Ну, поспорили, а потом тот и говорит: „да чего же, мол, спорить, прине­ сите эту вашу Библию, мол, и прочитайте, мол, вслух первое послание Павла к римлянам.. . “ Девица эта стар­ шая, самая бойкая, сорвалась, притащила Библию, усе­ лась читать и вдруг ушки это загорелись, запинаться стала, а потом вдруг как швырнет Библию: нет, говорит, я никак не могла думать, чтобы такое могло тут быть! . . Философ верно сказывал, что католики эти самые св. Писания совсем, будто, и не читают, запрещено будто папой. . . А, что вы на это скажете ? .. — Ну, и наши не велики богословы.. .— уныло сказал Алеша. — В Болгарии, в рудниках у нас был попик, кото­ рый, браня одного казака за пьянство, сказал ему: как же тебе не стыдно? Разве ты не читал в Евангелии сло­ ва Христовы: с кем поведешься, от того и наберешь­ ся?.. философ прав: мы исповедуем, — будто бы испове­ дуем— религию, которую мы совершенно не знаем ... Ну, мне пора однако и д ти ...— сказал он, чувствуя, что он не справляется с собой. — Должно быть, дождь будет: рана что - то ноет ... Дорогу ему пересекла темная, озабоченно куда-то спешащая тень Бурлакова Алеша брезгливо посторонил­ ся: это был символ духоты и грязи жизни. И эта встре­ ча сделала его настроение еще темнее.. Бурлаков же, на­ против, был настроен весьма победно: дело независимого