b000002297

вавъ, разъѣхался, Никита Ивановичъ съ отцомъ, Трифо­ номъ Васильичемъ и своимъ пріятелемъ земскимъ, огром­ нымъ, жирнымъ, соннымъ человѣкомъ съ короткими и толстыми черными усами, пошли осматривать хозяйство, возбужденные, радостные, полные самыхъ радужныхъ надеждъ. Всѣ понимали, что въ хозяйствѣ должны быть произведены коренныя реформы, что двоиться надо бро­ сить. И въ первую голову сразу рѣшили бросить поле­ водство. — Конечно, какое тамъ полеводство ? . . — сонно говорилъ земскій. — Кромѣ убытка оно ничего не даетъ теперь.. . — Вотъ все жалуешься, баринъ, на свое хозяйство, а, небось, имѣнія-то не продашь? — пошутилъ Иванъ. — Да какой же дуракъ его купитъ ?— вяло отвѣтилъ тотъ. — А хошь бы я . . . — засмѣялся Иванъ. — Благо межа съ межой.. . — Да сдѣлай милость.. . — Сколько? , — Усадьбу . . . и десятинъ такъ съ десятокъ за мной . . банковскій долгъ на тебя . . . на руки мнѣ, ну, скажемъ, двадцать тысячъ . . . — А не уступишь ? — Ого! Тоже, какъ и у тебя, почти четыреста десятинъ вѣдь! . . — Ну, уступи зелененькую. . . — Восемнадцать.. . — Ну, куда ни шло, пятнадцать! . . Ну, по рукамъ да въ баню.. . — Эхъ, гдѣ наше не пропадало! . . — оживляясь, воскликнулъ земскій. — Идетъ!. . И онъ хлопнулъ по широкой ладони Ивана. 5