b000002297

ямъ и дочерямъ самой лучшей одежи въ городѣ, чтобы заготовить гостямъ хорошаго угощенія. Хозяйки по воскресеньямъ подымали у печей дымъ коромысломъ, только бы не ударить въ грязь передъ людьми. И съ утра уже по деревенской широкой улицѣ носились одна за другими лошаденки, запряженныя въ дровни, полныя визжащихъ, поющихъ и смѣющихся ребятъ.. . Около пол­ денъ на широкой бѣлой полянѣ у житницъ появляется од­ на бѣлая палатка, за ней другая, третья, — то пріѣхали «торговые» со всякими лакомствами: съ орѣхами, подсол­ нышками, рожками, расписанными пряниками, кренделя­ ми, конфетами, халвой и прочей благодатью, глядя на ко­ торую у ребятъ, сгрудившихся вкругъ палатокъ, текутъ слюнки. Гдѣ-то въ заулкѣ въ морозномъ воздухѣ нетер­ пѣливо просыпалась звонкая трель Кузькиной таль­ янки . . . Все больше и больше волнуется молодежь. . . Матери собрали на столъ обѣдать, ѣда все хорошая, праздничная, а отъ волненія въ горло не идетъ. И вотъ уже всѣ повы­ скакали изъ-за стола и бросились наряжаться. Парни съ остервенѣніемъ натягивали лаковые сапоги съ узкими голенищами, дѣвкн накаливали на лампѣ отцовскій буравъ, чтобы завить на немъ кудряшки; которыя побо­ гаче, тѣ намазывали лицо румянами и бѣлилами, а у кого пороха на это не хватало, тѣ смачивали слюнями красныя линючія нитки и искусно натирали ими щеки . . . И вотъ по деревнѣ прокатился кто-то на пѣгой лошад­ кѣ, запряженной въ низкія «городскія» санки; въ сан­ кахъ сидѣлъ молодой парень въ барашковомъ пальто, а рядомъ съ нимъ, модно поджимая губки и опустивъ глаза, сидѣла «молодая». Сдѣлавъ рейса три по деревнѣ, они подчаливаютъ къ двору Купріяновыхъ, и вся семья встрѣ­ чаетъ ихъ у воротъ: милости просимъ. . . Это молодой