b000002297

Борона желѣзная, Поцѣлуй любезнаго . . . И парень звонко цѣловалъ стыдливо поджимавшую губы Вѣру и отходилъ къ товарищамъ, а Вѣра съ бью­ щимся сердцемъ должна была выбирать себѣ новую пару. Ее тянуло къ пріятелю Кирюшки, черноголовому, съ огромными мечтательными глазами Борискѣ, но это было ужасно страшно протянуть ему руку, и она выбрала кур­ носаго Кузьму, перваго гуляку на всю деревню. И Бо- риска, весь въ нѣжномъ полымѣ зарождающейся любви, — которую онъ скрывалъ даже отъ себя, — былъ ужасно радъ, что выборъ палъ не на него, хотя въ то же время ему было мучительно больно, что вотъ сейчасъ Кузьма поцѣ­ луетъ Вѣру, что вотъ онъ такъ далекъ отъ нея, такъ ея боится, когда другіе обращаются съ ней такъ просто. Милый мой, бѣда съ тобой, — запѣли дѣвушки, — Что ты лицемѣришь? Я люблю тебя душой, А ты мнѣ не вѣришь . . . Вѣрю, вѣрю, милая, Брось ты рѣчь пустую, За твою любовь простую Я тя поцѣлую . . . И, когда Вѣра поцѣловала Кузьму, глаза ея нечаянно встрѣтились въ серебристомъ сумракѣ съ пугливо прятав­ шимися отъ нея глазами Борнскн, и оба они испугались того, что было видно въ ихъ глубинѣ, и торопливо отвер­ нулись одинъ отъ другого. — Довольно играть сидѣнкой! . . — крикнулъ кто-то изъ парней. — ХороводъI Курносый Кузьма отчаянно растянулъ свою трехрядку и грянулъ «частушку»: