b000002297

— Господа, позавтракать милости просимъ. . . — проговорила, входя въ комнату, Софья Петровна, мило­ видная, еще свѣжая блондинка съ веселыми сѣрыми глаза­ ми и ямочками на щекахъ. — Чѣмъ Богъ послалъ.. . Пирожковъ горяченькихъ . . . кофейку.. . Сергѣй Ипполитовичъ бѣгло, но зорко оглядѣлъ жену: она была хорошо, къ лицу причесана, и ловко и красиво сидѣло на ней новое пестренькое утреннее платье. И Сергѣю Ипполитовичу стало радостно, что она такъ мила, что это для него она такъ постаралась, она, счи­ тающая все это только его причудой.. . — Идемте, господа.. . — бодро вставая, проговорилъ онъ и, ласково обнявъ за плечи этого стараго добряка, Ивана Аркадьевича, спросилъ шутливо: — Такъ что же, значитъ, еще повоюемъ, дѣдушка ? — Повоюемъ, повоюемъ. . . — добродушно засмѣял­ ся тотъ. — А сейчасъ вотъ пирожковъ горяченькихъ вку­ симъ, — охъ, и люблю я, грѣшный, горячіе пирожки. . . Пожалуйста, Александръ Ивановичъ, — вамь, какъ почетному гостю, впередъ. . . — Д-да, пирожки, это хорошо. . . — добродушно говорилъ Александръ Ивановичъ, пропуская впередъ хозяйку. — Вотъ за границей ихъ совсѣмъ не знаютъ.. . — Да что вы ? — разочарованно воскликнула Софья Петровна, точно не ожидавшая отъ заграницы такой оплошности. — Да, д а .. . Есть тамъ эти patés, и иногда весьма пріятныя patés, но это совсѣмъ не то .. . Нѣтъ въ нихъ настроенія.. . Въ маленькой солнечной столовой было чисто и уютно, и сверкалъ въ окна широкій разливъ красавицы Окши. Пахло аппетитно кофе и пирожками, которые тутъ же румянились на столѣ на двухъ блюдахъ.. .