b000002297

— Тьфу ты, чортъ! . . — выругался онъ, вытаскивая испорченный листъ изъ машины. Онъ все никакъ не могъ привыкнуть къ Ремингтону, и часто его пальцы выстукивали вещи совершенно невѣро­ ятныя. . . И онъ совсѣмъ разстроился — въ душѣ его повѣяло еще болѣе опредѣленнымъ предчувствіемъ, что иэъ его проэкта опять ничего не выйдетъ. Онъ взглянулъ на все еще неубранный столъ съ полной окурковъ полоска­ тельницей, съ неопрятной скатертью, покрытой желтыми пятнами, съ насоренными крошками хлѣба и страшно разсердился. — Василій!. . Василій!. . Ахъ, чортъ васъ совсѣмъ возьми!. . Василій!. . Отвѣта не было. Онъ плюнулъ и отошелъ опять къ Ремингтону. Но только вставилъ онъ новый листъ въ машину, какъ въ дверь постучали. — Войдите . . — отозвался онъ. Въ комнату вошелъ маленькій, худенькій человѣчекъ съ козлиной бородкой, въ золотыхъ очкахъ и хорошемъ пальто. Иванъ Ивановичъ нахмурился—это былъ Сергѣй Ивановичъ Новогонскій, молодой состоятельный смолен­ скій помѣщикъ, измученный благородными стремленіями. Иванъ Ивановичъ, познакомившись съ нимъ какъ-то случайно на пароходѣ, затянулъ его въ изданіе періоди­ ческихъ «тематическихъ» альманаховъ, но дѣло чревъ полгода безнадежно прогорѣло. — Здравствуйте, — слабымъ голосомъ проговорилъ гость. — Здравствуйте.. .—холодно отозвался Иванъ Ивано­ вичъ. — Чѣмъ могу служитъ ? — Чѣмъ служить ? Да такъ просто зашелъ, потолко­ вать надо. . . Только что это за . . . офиціальность, батюш-