b000002297

Ивановичу казалось, что Костя выбралъ себѣ мѣсто лучше, а ему далъ похуже. — Тру-ту-ту-ту. . . — затрубилъ-было онъ недо­ вольно, но поплавокъ опять дрогнулъ, и онъ затаился. . . А у Сергѣя Сергѣевича дѣло совсѣмъ не шло. Свер­ нувъ удочки, онъ отъ нечего дѣлать пошелъ поразмяться берегомъ. Вдругъ . . . что это ?I Какъ будто голосъ Кости ? . . Онъ осторожно спустился тальникомъ внизъ и чуть не ахнулъ, увидавъ взволнованное лицо, перепачканную панаму и рыжіе сапоги съ печальными ушками Андрея Ивановича. Онъ затаился въ кустахъ, и на его умномъ лицѣ Мефистофеля заиграла насмѣшливая и добродушная улыбка. — Папа, пора, пойдемъ!.. — говорилъ Костя. — Смотри, опоздаемъ къ обѣду, мама сердиться будетъ.. . — Да не могу же я такъ вдругъ зря бросить! . . — осторожнымъ шопотомъ сердито отвѣчалъ Андрей Ивано­ вичъ, не сводя глазъ съ поплавка. — Вѣдь ты видишь же, клюетъ. . . Сейчасъ пойде.. . Вдругъ удилище стоявшей въ сторонѣ донной удочки рѣзко хлестнуло по воздуху разъ, два, три. . . Андрей Ивановичъ съ Костей метнулись къ ней, но рыба — оче­ видно, огромная, — уже вырвала удилище изъ земли, и оно упало въ воду. Не помня себя, уронивъ въ грязь очки, Андрей Ивановичъ бросили по колѣна въ воду и едва-едва успѣлъ схватить поплывшее на средину заводи удилище. Онъ потянулъ — не тутъ-то было: рыба, какъ бѣшеная, рвала удилище ивъ рукъ, и оно гнулось въ дугу. — Выше, выше держн ! . . — не выдержавъ, закри­ чалъ, бросаясь на помощь къ нимъ, Сергѣй Сергѣевичъ. — Выше, а то лесу оборветъ! . . Гдѣ сачокъ ?