b000002297

широкой, густо заросшей заводи. Костя досталъ изъ воды плетенку съ живцами, а изъ-подъ корней старой ивы маленькій горшочекъ съ пшенной кашей, превращенной какимъ-то способомъ въ густое вязкое тѣсто. Еще минута, двѣ, и отецъ съ сыномъ замерли надъ пестренькими поплавками. Надъ ними рѣяли ласточки и стрижи и стоялъ немолчный тонкій звонъ комариныхъ полчищъ. Одинъ комаръ, огромный, рыжій, впился въ щеку Ан­ дрея Ивановича, но онъ ничего не чувствовалъ. — Клюетъ . . . — замирая, прошепталъ вдругъ Костя. — Погоди . . . погоди.. . Трясущейся рукой Андрей Ивановичъ схватился за длинное гибкое удилище. Пестренькій поплавокъ, пуская по сонной, сверкающей водѣ мелкіе круги, вдругъ глубоко погрузился, вынырнулъ и, подрагивая, поплылъ въ сто­ рону. . . — Тащи. . . — умирающимъ, голосомъ едва выгово­ рилъ Костя. Андрей Ивановичъ, ничего не помня, дернулъ удили­ щемъ кверху и сразу по сопротивленію рыбы почувство­ валъ, что добыча крупная. Потъ проступилъ по всему его лицу, очки съѣхали на самый кончикъ носа, руки тряслись. Еще усиліе, н золотой жирный линь лежалъ, поднимая жабры, на зеленой травѣ. Андрей Ивановичъ, уронивъ панаму, бросился къ рыбѣ, наступилъ на шляпу выпач­ каннымъ въ жирной грязи сапогомъ, машинально, не глядя, поднялъ ее, надѣлъ на голову, снялъ рыбу съ крючка, снова насадилъ и снова закинулъ удочку рядомъ съ Костей, который почти тотчасъ же вытащилъ боль­ шую, фунта на три, красивую красноперку. Становилось очень жарко. По взволнованнымъ лицамъ, перепачканнымъ кровью отъ раздавленныхъ комаровъ, струился потъ. Рыба клевала все лѣнивѣе, и Андрею