b000002297

— А вѣрно ? Смикитишь ? Тотъ криво усмѣхнулся. — Можемъ потрафить въ самую точку . . . И обо торопливо шагнули въ избу. И. Портной Костянтинъ, высокій, красивый, «раз- вертистый» малый съ черными веселыми глазами, съ тон­ кими усиками, заверченными въ плѣнительныя колечки, былъ изъ Запрудья, одиночка, отставшій отъ земли и жившій исключительно портновскимъ ремесломъ. Онъ переходилъ изъ одной деревни въ другую, останавливаясь у тѣхъ хозяевъ, которые поручали ему работу. Бродячая жизнь эта стала его въ послѣднее время немножко тяготить, надоѣла.. . Передъ масляной онъ попалъ въ этомъ году къ Пани­ нымъ, чтобы пошить кое-что изъ обновокъ къ Пасхѣ. Мат­ рена, сильная дѣвка, съ могучими формами, которыя распирали всѣ ея кофточки, съ низкимъ лбомъ и немного тупымъ, упрямымъ лицомъ, сразу, «смаху» полюбила парня какою-то свирѣпой, все исключающей любовью. Костянтина, хотя и видавшаго всякіе виды въ своей бродячей жизни, тоже сразу сильно потянуло къ этой дѣвушкѣ, смотрѣвшей на него съ такимъ мрачнымъ вы­ раженіемъ, точно она съѣсть его хотѣла. И вотъ разъ глубокой черной ночью, когда въ избѣ шелъ на всѣ лады храпъ многочисленной семьи Паниныхъ, а на улицѣ рвалъ и металъ буйный весенній вѣтеръ, Костянтинъ украдкой, неслышно пробрался въ тѣсную боковушку, гдѣ спали Матрена съ Вѣрой. Матрена точно только и ждала этого момента и, сразу проснувшись, прямо изожгла парня огнемъ своихъ ласкъ. И когда вышло