b000002297

малышами, потому что и Семка, и Артемка, и Дашка, и Глашка охотнѣе тратили свои грошн на помаду, каблуки и кинематографъ, чѣмъ на помощь старухѣ.. . И захотѣлось Варькѣ солидности и своего угла. Конечно, на блестящую партію она разсчитывать не могла и удивить ее чѣмъ бы то ни было было трудно: «я съ настоящимъ княземъ разъ спала, я артишоки кушала..* — говорила она, когда ей хотѣлоссь погордиться, но она рѣшила помириться и на меньшемъ. Устала-таки она таскаться по чужимъ угламъ. И она сошлась съ однимъ услужливымъ молодцомъ съ кручеными усиками на блѣд­ номъ, истасканномъ лицѣ, который служилъ швейца­ ромъ въ одномъ домѣ и въ охранкѣ. И они поженились, рѣшивъ предварительно дѣтей не имѣть, такъ какъ оба были убѣждены, что эти глупости теперь пора уже и оставлять. Швейцаръ устроилъ ее одной прислугой въ томъ же домѣ, гдѣ служилъ самъ, у богатой, одинокой старухи, а потомъ они мечтали открыть какое-нибудь свое дѣльце. Хотя я это мѣсто было недурное: съ господъ квартирантовъ Иванъ собиралъ на чайки, сладко имъ улыбался, поднималъ ихъ на лифтѣ, бѣгалъ съ ихъ теле­ граммами и записками, а затѣмъ шелъ въ охранку и все о нихъ тамъ разсказывалъ, а потомъ опять имъ улыбался и собиралъ на чайки. Доходное было мѣсто.. . И вдругъ грянула война, и Ивана забрали. Онъ всячески просилъ освободить его отъ обязанности защи­ щать отечество, указывалъ на свои заслуги, но началь­ ство ничего не хотѣло слушать, и Иванъ пошелъ биться съ нѣмцами. Старушка, у которой служила Варька, была страшно растрогана судьбой услужливаго Ивана и наку­ пила ему всякихъ вещей въ дорогу, дала деньгами двад­ цать пять рублей и приказала, если будетъ въ чемъ нужда, писать ей безъ всякаго стѣсненія.