b000002297

Въ мірскія дѣла Иванъ старался не путаться, пока они не касались его непосредственно. — Непремѣнно. . . — говорилъ онъ. — Стану я со всякой сволочью глотку драть! Чай, никто мнѣ за это не заплатитъ. . . Пробовали-было, и не разъ, выбирать Ивана и въ старосты, и даже въ волостные; но онъ всѣми силами отбивался отъ этихъ «глупостевъ», поилъ мужиковъ ви­ номъ и всегда умѣлъ отбояриться. Односельцы крѣпко завидовали Панинымъ и всегда готовы были всячески вредить имъ, но это было нелегко: зубастъ былъ и Иванъ, а еще зубастѣе тетка Авдотья. И, эавидуя и ненавидя ихъ, односельцы тѣмъ не менѣе не могли не отдать имъ дани уваженія, и когда хотѣли на­ ставить какого-нибудь молодого хозяина на путь истин­ ный, то говорили: — Во, смотри на Паниныхъ.. . Это вотъ народъ! . . — Кушай, кушай, родимый . . . — угощала тетка Авдотья Микиту. — Вотъ съ медкомъ-то.. . Чай отпили, и женщины тотчасъ же взялись за хлопо­ ты съ обѣдомъ. — Ты смотри, сынокъ, далеко-то не отлучайся, — сказала тетка Авдотья. — Вотъ сейчасъ маленько поупра­ вимся и обѣдать. . . — Куда мнѣ отлучаться ? . . — отозвался Микита. — Развѣ вотъ по хозяйству пройдусь, посмотрю.. . Онъ вышелъ съ Кирюшкой на «мостъ». — А что это, будто, у Матрены-то брюшко маленько поприпухло ? — спросилъ онъ у брата. Тотъ вспыхнулъ до ушей. — Тутъ . . . съ портнымъ Костянтиномъ спуталась . . . — съ трудомъ выговорилъ онъ. Микита выразительно засвистѣлъ.