b000002294

несовершенны были старыя формы устройства госу­ дарственнаго, то и наши выдумки тоже далеко несо­ вершенны, что, если сложность государственной маши­ ны и требуетъ настоятельно привлеченія къ участію въ управленіи страной общественныхъ силъ, то не причемъ ) тутъ ни дядя Яфимъ со своей Матреной, ни Маруся Спиридонова, ни болтунъ Керенскій съ болтуномъ Чхеидзе. Нужны серьезные, знающіе люди —для пасѣки пасѣчники, по сапожному дѣлу сапожники, по госу­ дарственному дѣлу —люди государственно-образованные, выдержанные, опытные, а не эти вѣчно-юные старцы съ пышными рѣчами и съ выцвѣтшей мартовской улыбкой на устахъ. Но и н е ... «государственные умы» стараго режима, организовавшіе подлую бойню, всеобщее раз- зореніе и породившіе чрезъ бойню и раззореніе —боль­ шевизмъ ... Съ чешскихъ выборовъ я нечаянно съѣхалъ на рус­ скія бѣды, но это не большая бѣда: что относится къ Россіи, то относится и къ Чехіи и ко всѣмъ: автомоби­ лямъ, трухлявымъ бумажкамъ, телефоннымъ столбамъ нечего дѣлать въ дѣлахъ государственныхъ, а если это они вершатъ судьбами народовъ, то всякому разумному человѣку остается только одно: плюнуть и отойти прочь. Нельзя же, въ самомъ дѣлѣ, соперничать съ телефон­ нымъ столбомъ!... Такъ. Но самъ я въ такое единоборство все же вступилъ: такова сила бѣса-искусителя! Редакція <Ка- гоеіпі Ьізіу» нашла нужнымъ помѣстить мое «Обра­ щеніе къ чешскому народу», въ которомъ я предосте­ регалъ его отъ крайнихъ увлеченій при выборахъ, отъ тѣхъ увлеченій, которыя погубили Россію, а меня забросили въ Прагу: мнѣ казалось прямо обиднымъ, чуть не преступнымъ не подѣлиться нашимъ богатымъ опытомъ, не предостеречь людей. Статья моя понра­ вилась и меня попросили наппеать еще статью для «Народной Политики», имѣющей болѣе демократическую аудиторію. И тамъ появился мой «Гласъ русскаго списователя», — какъ чехи называютъ писателей. Что изъ этого вышло, я не знаю. Вѣроятно, ничего. Можетъ быть, сотня бюллетеней попала вмѣсто одной урны въ