b000002294

Въ Болгаріи мы были въ уныломъ станѣ побѣж­ денныхъ, въ Сербіи — въ станѣ что-то плохо ликующихъ побѣдителей, въ Австріи — опять среди побѣжденныхъ, здѣсь, въ Чехіи снова среди побѣдителей... Но и здѣсь слышно въ жизни великое оскудѣніе и ничѣмъ неза- мазанныя еще трещины. Сунулись купить себѣ платье — все очень дорого и слѣда нѣтъ въ немъ прежней евро­ пейской доброты. Иногда вдругъ въ ресторанахъ пе­ рестаютъ подавать хлѣбъ, иногда не хватаетъ посѣтите­ лямъ пива, почта работаетъ далеко не такъ, какъ работала она въ Европѣ въ старину, сдачи иногда даютъ вамъ почтовыми марками и самыя марки эти сдѣланы уже плохо, сѣро, какъ сѣры и эти жалкія новыя кредитки ... і Но, конечно, понемногу жизнь войдетъ въ свои права и | «все образуется», — только не скоро, не скоро вернется I Европѣ то, чѣмъ она такъ широко пользовалась до роеннаго опыта государственно -мыслящихъ господъ— Чѣмъ скулить такъ безплодно на развалинахъ старой Европы, поднимемся лучше извилистыми старыми улич­ ками и безконечными лѣстницами на вершины холмовъ, тянущихся по лѣвому берегу серебряной Влдавы, туда, гдѣ разбитъ сравнительно молодой еще, но красивый паркъ, на Летну. Здѣсь уже щетинится молодая веселая травка съ золотыми созвѣздіями одуванчиковъ, здѣсь глазъ съ удовольствіемъ встрѣчаетъ и «русскую» липу, и кленъ, и дубъ, и нашу елочку, п нашу березку. Отсюда, съ высоты, открывается безподобный видъ на лежащую внизу, въ котловинѣ, и потому всегда окутанную пеленой дыма н пыли Прагу. Одинъ гулявшій тутъ со мной чехъ- кіевлянинъ сравнивалъ этотъ видъ съ видомъ, что открывается въ Кіевѣ изъ Царскаго Сада, но это совер­ шенно невѣрно: здѣсь предъ вами большой городъ, тамъ — зеленой безлюдье заднѣпровскихъ луговъ и лѣсовъ, почти такое же, какъ во времена злыхъ половцевъ и татаръ, здѣсь взглядъ вашъ запертъ въ котловинѣ, тамъ предъ вами духъ захватывающія синія дали, и какъ ни хороша эта Влдава, это все же далеко не Днѣпръ1.. Направо, на высокомъ холмѣ, красиво подымаются