b000002294

Пообѣдавъ съ дѣтьми въ ресторанѣ, она дала одну бумажку — не годится, фальшивая, другую — тоже самое. Хозяинъ донесъ полиціи, а полиція увела ее куда-то для дознанія. А теперь очередь была за мной. Дѣйствительно, скоро явился хорошо говорящій по русски сыщикъ — у него былъ хорошій хуторъ и пив­ ной заводъ подъ Ставрополемъ, — съ нѣжнымъ именемъ Водичка и повелъ меня въ полицію, гдѣ меня допросили и, отобравъ у меня II фальшивыхъ бумажекъ по 100 кр. и паспортъ, попросили завтра утромъ явиться въ централь­ ное управленіе полиціи. На утро отправился я туда. Меня заставили прождать въ передней болѣе часу и — возвратили мнѣ мои деньги, сказавъ, что всѣ онѣ не фальшивыя и что все это вообще одно недоразумѣніе. Но извиниться — забыли. И сердиться нельзя, потому «еще не налажено» — вѣдь все это такъ ново, такъ небывало, и организаціи полиціи и сыска, и фальшивыя деньги, и аресты ни въ чемъ неповинныхъ иностранцевъ. И, видимо, всѣ эти «шероховатости» здѣсь довольно обычное дѣло. Есть въ Прагѣ такъ называемый «Ре- презентачни Домъ», учрежденіе, которое соединяетъ въ себѣ и ресторанъ, и бары, и кафе, и концертные залы, а въ этомъ «Репре», какъ говорятъ тутъ, есть такъ называемый русскій столъ, за которымъ всегда соби­ раются русскіе чехи, т. е. тѣ, которые бѣжали теперь сюда изъ Россіи. Такъ вотъ одинъ изъ нихъ, услыхавъ обо всей этой «обыкновенной исторіи», тряхнулъ го­ ловой и сказалъ: — Ну, что же... Вѣдь вообще республика это такой государственный строй, при которомъ полиція поль­ зуется очень большой свободой... Но другой не согласился и поправилъ: — Нѣтъ. Республика это такой строй, при которомъ въ государствѣ отсутствуетъ всякій строй... Впрочемъ, русскіе чехи пользуются здѣсь репутаціей матерыхъ черносотенцевъ. Они весьма неодобрительно смотрятъ на настоящее положеніе своего отечества, всячески восхваляютъ старую Россію и только объ одномъ и мечтаютъ: чтобы возстановился тамъ скорѣе порядокъ и чтобы могли они скорѣе возвратиться туда.