b000002294

круговъ Запада съ тѣмъ, что происходитъ у насъ. Я, конечно, ни на одну минуту не думалъ, что, узнавъ о нашей апокалипсической жизни, о ея ужасѣ, о ея гибели, европейскіе народы тотчасъ же организуютъ легіоны бойцовъ и эти новые крестоносцы пойдутъ на освобожденіе человѣка въ Россіи изъ мохнатыхъ лапъ вора-пугачевца, но я думалъ немножко, что, ознако­ мившись съ истиннымъ положеніемъ вещей у насъ, и не отъ меня одного, конечно, эти массы, требующія теперь отъ своихъ правительствъ невмѣшательства въ русскія дѣла, ослабятъ нѣсколько свой нажимъ на тѣ прави­ тельства, которыя и хотѣли бы намъ помочь, да теперь, связанные, не могутъ. Мнѣ наивно думалось, что люди здѣсь не знаютъ о томъ, что дѣлается у насъ. Но все болѣе и болѣе убѣждался я, что обо всемъ они отлично знаютъ. Вотъ, напримѣръ, въ качествѣ истори­ ческаго документа коротенькая статейка изъ извѣстной мюнхенской^ <Ли^еп<1», которая случайно попала мнѣ въ руки. , Р а й . «Съ восхищеніемъ смотрятъ наши радикально-настро­ енные рабочіе и ихъ неработающіе коньюнктуръ-при хлебатели на Востокъ, гдѣ рай максималистско-комму­ нистическаго государства уже осуществленъ въ Совѣт­ ской Россіи. Тамъ: I — мало работаютъ, 2 — всѣ не­ ограниченно свободны, 3 — всѣ совершенно равны, 4 — тамъ царитъ всеобщее благополучіе, 5 — полное отсут­ ствіе милитаризма вѣнчаетъ тамъ все. Пунктъ I и 2. — Работа ограничена тамъ лишь двѣнадцатью часами въ сутки и только 7—ю днями въ недѣлю. Все остальное время россійскій гражданинъ наслаждается абсолютной свободой. Только въ томъ случаѣ, если онъ стремится къ инымъ политическимъ цѣлямъ, чѣмъ его владыки, истинно-русскіе люди, Бронштейнъ, Ледерблюмъ, Собельсонъ, Мандельштамъ, Фейльхендуфтъ и т. п., онъ разстрѣливается. Пунктъ 3. — Равенство — совершенное. Принуди­ тельныя работы введены для всѣхъ и всякій на всю