b000002294

люди могутъ и здѣсь съ такою же легкостью, какъ и у насъ, и вдѣсь изопьютъ они чашу страданій до дна. И, заглядывая въ свое собственное сердце, и заглядывая въ пыльныя страницы исторіи, я съ полной несомнѣн­ ностью говорю: «результатомъ всѣхъ вашихъ фантазій, безумствъ, жестокостей, будетъ одно —тварь дрожащая, вы вострепещете -таки въ концѣ концовъ предъ со­ дѣяннымъ вами же, падете въ изступленіи и отчаяніи въ прахъ лицомъ и воззовете Того, безъ Котораго — вопреки тысячелѣтнему опыту, — вздумали вы жить н устраивать ваши глупенькія и ничтожныя дѣли­ шки...» Въ самомъ дѣлѣ, обратите вниманіе, до какой степени въ послѣдніе кровавые годы забыли люди привычнаго имъ Бога, до какой степени рѣдко теперь встрѣчается въ сутолокѣ жизни это Имя... Несомнѣнно, они вострепещутъ и по этимъ вотъ истер­ тыми ногами ихъ предковъ каменнымъ плитамъ при­ ползутъ къ этому загадочно сіяющему алтарю и будут, истекать кровью ихъ обезсиленныя души. Сесі Іиега сеіа, — сказалъ какой-то фельетонный мудрецъ, ра­ зумѣя подъ сесі революцію, а подъ сеіа ту вѣковѣчную силу, которая застроила землю тысячами и тысячами храмовъ, но это, конечно, пустая болтовня, бравада для галерки: не разъ и не два ломалъ буйный козелъ рево­ люціи свои рога о мшистыя стѣны церкви. Но мы слишкомъ стары, слишкомъ много мы знаемъ, слишкомъ даже поневолѣ мудры, чтобы не знать, что, если сесі пе іиега рая сеіа то и сеіа пе (пега рае сесі, т. е., что и церковь не въ силахъ навсегда утишить мятежный духъ толпъ, что, если сегодня толпы эти лежатъ предъ нею во прахѣ, то завтра они будутъ снова вѣшать обманувшихъ ихъ преувеличенныя ожиданія епископовъ на цер­ ковныхъ вратахъ п плясать карманьолу вкругъ этаго опрокинутаго престола... Жажда бунта также сила из­ вѣчная, съ которой Церковь, учрежденіе человѣческое, до сихъ поръ справиться не могла... Жизнь это приливъ и отливъ страстей, игра свѣта и тѣни, Бога и дьявола, сказка про бѣлаго бычка безъ конца... И вкругъ себя, и въ себѣ я чую уже смутно, что почва для реакціи готова богатѣйшая. Реакція интел-