b000002294

старая марка мѣшала старику въ наши демократическія времена, хотя онъ и увѣрялъ, приглашая меня сотру­ дничать, что и они, вѣдь, «поумнѣли». Увы, это ока­ залось явнымъ преувеличеніемъ нѣсколько мѣсяцевъ спустя, когда начала тамъ выходить его газета. . . Число русскихъ эмигрантовъ между тѣмъ увеличи­ валось съ каждымъ днемъ: къ Варнѣ, Салоникамъ, Константинополю подходилъ пароходъ за пароходомъ, какъ съ нашего Черноморья, такъ и изъ Новороссіи, гдѣ отличался генералъ Шиллингъ, и разбитыя желѣз­ ныя дороги милыхъ братушекъ неустанно подвозили все новыя и новыя толпы этихъ изнервничавшихся, совсѣмъ растерянныхъ людей. И одни осѣдали еще въ Болгаріи, а другіе неслись дальше, полные мечты объ отдыхѣ и уютѣ, по которымъ всѣ мы такъ стосковались. Я видѣлъ прежнюю, революціонную эмиграцію, теперь были предо мной эмигранты съ другого об­ щественнаго полюса. И изумительно: разница была только, во-первыхъ, въ возрастѣ —тамъ были больше все юнцы и юницы, у которыхъ молоко на губахъ не обсохло, а тутъ были, большею частью, люди того возраста, который не всегда по праву зовется «поч­ теннымъ»; во-вторыхъ, тѣ, прежніе, засѣдали цѣлыми днями и ночами въ низкихъ, дымныхъ, мало опрятныхъ комнаткахъ какого-нибудь кафе въ рабочихъ кварта­ лахъ, эти изъ послѣднихъ динаровъ лѣзли въ привыч­ ную имъ обстановку кафе «Москва» или «Кезіаигапі Ггапдаіз», гдѣ умѣли хорошо подать майонезъ изъ дунайской стерляди, подогрѣтое бургундское завер­ тывали въ чистѣйшую салфетку, а пирожное было — языкъ проглотишь! Въ остальномъ же поразительное сходство: то же фантазерство, та же безпочвенность, тоже полное отсутствіе практическихъ навыковъ, тѣ же ссоры и дрязги. Тѣ, прежніе, дымя сквернымъ таба­ комъ, за вечеръ рѣшали и перерѣшали судьбы всего человѣчества, а чулки у нихъ были не штопаны и на жилетѣ не хватало пуговицъ, эти — и душистая маше­ рочка съ крупными брилліантами въ ушахъ, и ловкій молодой человѣкъ съ громкой фамиліей, уставшій отъ гражданской войны, которую онъ видѣлъ, благодаря