b000002294

которыхъ опредѣленно пахло нафталиномъ, и было подписано всѣми. Въ составленномъ актѣ собранію показалось что-то не совсѣмъ гладко; одни настаивали, чтобы все пере­ писать, на что потребовалось бы очень много времени, другіе нервничали и куда-то торопились. — Чего тамъ переписывать ? .. —волновался митро­ политъ Антоній. —Можно аккуратно ножичкомъ под­ чистить, а потомъ сверху надписать... — Да что вы, владыка, такой документъ!... Развѣ можно?... — Ничего, сойдетъ...—добродушно говорилъ ста­ рикъ. —Теперь время такое... Вообще въ этой части конгресса опредѣленно чувст­ вовался нажимъ закулисныхъ силъ. Въ особенности сказался онъ передъ самыми выборами совѣта, которые были назначены съ большой внезапностью. Собраніе воз­ бужденно и безтолково загалдѣло, не зная, что дѣлать. — Ну, легкую кавалерійскую аттаку !..— толкая Ефимовскаго къ трибунѣ, возбужденно говорилъ ген. Б. —Ну, живо!... И вчерашній демократъ, еще не износившій тѣхъ башмаковъ, въ которыхъ онъ въ Прагѣ громилъ «боль­ шевиковъ справа», выступилъ на трибуну и, чтобъ не разбивались голоса, съ обычными своими ужимками попросилъ разрѣшенія намѣтить имена тѣхъ, кого слѣ­ довало бы избрать въ Совѣтъ: во-первыхъ, это мужест­ венный, благородный... слѣдовалъ цѣлый рядъ самыхъ лестныхъ эпитетовъ ... И. Е. Марковъ, во-вторыхъ, это просвѣщенный, талантливый... —опять молебенъ... — М. А. Маслениковъ, въ третьихъ, это государственно­ мудрый, опытный — опять реклама, —кн. А. А. Ширин- скій-Щихматовъ... И все пошло по указкѣ мастера кавалерійской аттаки! И это стадное настроеніе такъ захватывало, что и я, побѣждая въ душѣ бунтъ, написалъ на запи­ сочкѣ: Н.Е. Марковъ, М. А. Масленниковъ..., но дальше рука не поднялась, стало противно и я, такъ и не вписавъ третьяго имени, бросилъ записочку — къ со­ жалѣнію, не на полъ, а куда слѣдовало.