b000002294

изобиліе у нихъ быстро нарастаетъ, въ то время, какъ красная стрекоза вотъ уже три года все поетъ бевзаботно на разныхъ Зііхпп^ахъ и Ѵегеапітіппдахъ и не даетъ мужику фабрикатовъ, которыя ему нужно. А на бу­ мажныя деньги продаетъ онъ теперь свои продукты чрез­ вычайно неохотно. И иногда дѣло доходитъ даже до курьезовъ. Такъ, недавно одинъ изъ крестьянъ сталъ уговаривать мою жену, покупавшую у него свеклу, не брать ее, ибо это чрезвычайно ядовитыя овощи. Удивлен­ ная, та спросила, для чего городитъ онъ такой вздоръ. Тотъ сперва смутился, а потомъ разсмѣялся: — Это я для того, чтобы вы не покупали... —сказалъ онъ. — Не хочется мнѣ продавать овощей... Идемъ. Вдругъ: что это такое ? Ба, цѣлое поле рѣпы! Это не наша русская желтая душистая рѣпа, эта больше похожа на брюкву, бѣломясая, болѣе прѣсная, но все же рѣпа... И всѣ мы томимся сладостнымъ искуше­ ніемъ полакомиться этимъ чудеснымъ деревенскимъ фрук­ томъ, какъ, бывало, томился я сорокъ лѣтъ тому назадъ, крошечный мальчугашка, среди родныхъ булановскихъ полей. И не выдерживаемъ: Левка беретъ у меня нѣс­ колько кронъ и, нисколько не стѣсняясь своего курьез­ наго нѣмецкаго языка, идетъ къ крестьянамъ и воз­ вращается съ цѣлымъ пучкомъ рѣпы. Мы тотчасъ же начинаемъ уписывать ее. Рѣпа очень хороша, сочна, ду­ шиста, но какъ будто все-таки не такъ вкусна, какъ сорокъ лѣтъ назадъ: должно бытъ, выродилась. А ребята бла­ женствуютъ. И Левка впадаетъ вдругъ въ дѣловой тонъ: —А я заходилъ на почту, папъ... — говоритъ онъ. — Но барышня говорить, что разноска писемъ бываетъ только послѣ обѣда, а утромъ выдаютъ только зельтены. — Что такое? Что выдаютъ утромъ?! — Зельтены. — Какіе зельтены?! — Не знаю. Она такъ и сказала: пиг зеііеп ... — хрустя рѣпой, говорить онъ. —Я не знаю, что это такое... А Вѣрунька все никакъ не справится на ходьбѣ со своими отростающимп косичками, которыя все л ѣ з у т ъ ей въ глаза, но которыми она очень гордится.