b000002294

туда доѣхала, «Грядущая Россія», руководимая старымъ идеалистомъ, уже провалилась и закрылась навсегда — довольно символически, конечно... Въ этой конституціи Карель Петровичъ Россійскую республику считалъ уже не только совершившимся, но и твердо закрѣпленнымъ фактомъ и много, много копій пришлось мнѣ сломать съ горячимъ хозяиномъ, чтобы доказать ему, что изъ всѣхъ русскихъ политическихъ Ыа^иез это одна изъ самыхъ непозволительныхъ. Наконецъ, мнѣ удалось настолько поколебать его, что слово «президентъ» онъ замѣнилъ словами «Глава государства». И то слава Богу!... Особенно хорошъ былъ Карель Петровичъ, когда приходилъ онъ въ соприкосновеніи съ міровымъ зломъ, которое называется телефонной барышней и которое при демократической свободѣ распустилось эдѣсь съ необы­ чайной пышностью. Карель Петровичъ гремѣлъ теле­ фономъ, глаза его искрились, какъ угли и, выкрик­ нувъ, что нужно, въ трубку, онъ яростно бормоталъ «Засгашепіо!» и — тутъ же расцвѣталъ вдругъ добро­ душной улыбкой. Другіе, какъ нашъ представитель въ Прагѣ, В. Т. Рафальскій, пытались брать телефонныхъ барышень, настроенныхъ очень соціалистически, кро­ тостью, но — и у него ничего не выходило. — Просимъ васъ, слечна... — съ нѣжнѣйшими инто­ націями поетъ онъ въ трубку. —Просимъ: четыже-пьеть- нуля-нуля... Халло? Просимъ, слечна: вилла док­ тора Крамаржъ... Четыже-пьеть-нуля-нуля... Ушла!... Молчитъ... Халло?... Будьте ласкавы, слечна: вилла доктора Крамаржъ... Ано, ано... — радостно одобряетъ онъ и сейчасъ же снова впадаетъ въ безнадежный тонъ. — Нѣтъ, опять ушла!... Ну, значитъ, сегодня ничего уже не добьемся... Поѣдемъ лучше на трамваѣ... Но вообще знакомствъ большихъ въ Прагѣ я не заводилъ, — усталъ я да какъ-то и не попадалось инте­ ресныхъ людей. Милая помощь Крамаржа обезпечивала насъ на нѣ­ которое время, но во-первыхъ, надо было деньги эти беречь, а во-вторыхъ, серьезно озаботиться ученіемъ дѣ­ тей: въ Кеннгсвартѣ ничего, кромѣ обычной народной школы, не было. И мы задумались, куда бы переѣхать,