b000002294

нихъ отвѣта, а тѣ отвѣты, что предлагаются, одно сплошное шарлатанство, которое невозможно терпѣть. И вотъ попадается древняя старуха съ впванкой хво­ роста за плечами, исхудалая, усталая, тихая, и лас­ ково говоритъ мнѣ «утта»!.. Я знаю, что моя невиди­ мая вяванка нисколько не легче, но много, много тяжелѣе ея вязанкн, а все же мнѣ почему-то стыдно ея. И шумитъ вокругъ меня ласковый шумъ весны, и звенятъ потоки, и бѣгутъ въ небѣ облака, Но — не смиряется души моей тревога,' И не расходятся морщины на челѣ, И въ небѣ не всегда я слышу Бога, И счастье я едва-ль постигну на аемлѣ!.. XVII.. То, что вижу я изъ моего окна, это —по новой картѣ, выкроенной въ Версали, —- Чехо-словацкая республика, славянское государство, а на дѣлѣ это край чисто­ нѣмецкій. Когда мнѣ понадобилось разъ написать на конвертѣ адресъ по-чешски, мнѣ не малыхъ трудовъ стоило найти человѣка, который съумѣлъ бы сдѣлать это, а въ сосѣднемъ Маріенбадѣ на окнахъ магазиновъ рядомъ съ «оп рагіе Ігащаіз» и -Епдійѣ зрокеп >иногда встрѣчаются надписи: «говорятъ по-чешски». Чехи склонны видѣть въ этомъ эдакую ядовитую мани­ фестацію, но если она тутъ и есть, то надо сказать, что иронія эта бьетъ по мѣсту. И нашъ маленькій, чистенькій Кёнигсвартъ это типичное нѣмецкое мѣстечко: живо­ писная грудка домиковъ, среди которыхъ не мало очень старинныхъ, а надъ ними островерхая колоколенка съ красной кровлей. На пустынной площади сонно журчитъ фонтанъ и грезятъ о далекомъ быломъ ста­ рыя, сѣрыя, изъѣденныя временемъ и поросшія мхомъ статуи то святого какого-нибудь, то какого-нибудь Рйгві ѵоп МеІІегпісЬ, Негпі ѵоп Кбпі&виѵагі. а неподалеку отъ городка, среди солнечныхъ полей стоить и замокъ этого Меттерниха, сѣрый, сѣдой, съ великолѣпной библіотекой чуть не на всѣхъ языкахъ міра и со многими замѣ-