b000002293

Шурочкѣ было тоже тринадцать лѣтъ, какъ и Ванѣ. Она носила еще коротенькія юбочки, а на хорошенькой головкѣ ея съ тяжелой темно- русой косой алѣла турецкая феска съ черной кистью. Ваня всячески бѣгалъ отъ нея, а когда убѣжать было нельзя, онъ по заведенному имъ обычаю становился не только суровъ, но даже свирѣпъ съ нею: онъ не зналъ другого способа скрыть отъ Шурочки это трепетаніе сердца, эти внезапные яркіе румянцы. Но должно быть эта суровость не очень обманывала Шурочку, — недаромъ, недаромъ смѣялись такъ лукаво пре­ лестные глазки ея, когда она смотрѣла на насупившееся лицо Вани !... Въ одиночествѣ Ваня сталъ сладко мечтать о страшномъ землетря­ сеніи, которое разрушитъ на землѣ рѣшительно все, — все, кромѣ Шу­ рочки, Вани и, пожалуй, Сережи, которому онъ иногда, въ минуты особой пріязни, золотымъ вечеромъ, повѣрялъ свои мечты о землетрясеніи. Впрочемъ, необходимо было сохранить еще, пожалуй, и пару хорошихъ охотничьихъ собакъ и нѣсколько удочекъ и ружей. И такъ вотъ и жили бы они всѣ втроемъ на опустѣвшей зеленой землѣ и охотились бы. Вѣроятно, Сережѣ было бы нѣсколько скучно такъ, безъ подруги, но что же дѣлать? Ваня всячески старался бы смягчить тяжесть его одиночества. Сережа еще усерднѣе чѣмъ прежде продолжалъ писать стихи. Они стали значительно лучше и Ванѣ стало завидно: вотъ другіе уже выбрали себѣ призваніе и идутъ бодро все впередъ и впередъ, а онъ все еще путемъ не знаетъ, что дѣлать: не то экспедиція, не то въ Павловскій полкъ, не то писателемъ, что-ли, задѣлаться . . . И вотъ разъ заказалъ Ваня своему другу написать такіе стихи, чтобы изъ начальныхъ буквъ строкъ составлялось бы ея имя, отчество и фамилія. Сережу нисколько не испугала трудность такого предпріятія и на другой же день онъ при­ несъ на рѣчку, на купанье, стихи Ванѣ. Это было грандіозно: ОНА. Ахъ, какъ вы милы, хороши, Любовью дышите отрадной! Есть въ васъ всѣ прелести души, Къ вамъ всѣ стремятся съ страстью жадной. Совсѣмъ вы фея красоты, Антично сложены манеры, Но не сорвешь цвѣтка любви, Достойнымъ быть чтобъ въ вашей сферѣ... Румянѣй розы вы цвѣтете, А щечки ваши такъ милы, Совсѣмъ богиней вы цвѣтете, Такъ дивно вы собой стройны . . . Есть много барышень красивыхъ —