b000002291

А кромѣ того Кто же можетъ помѣшать государству издать тутъ извѣстные ограничительные законы? Съ какой стороны ни подойти къ акту 9 ноября, онъ представляетъ безспорно явленіе прогрессивное, обезпечивая земледѣльцу — полную свободу въ его хозяйствѣ, а землѣ — высшую культуру. Я считаю этотъ актъ ничуть не менѣе важнымъ, чѣмъ актъ 19 Февраля, покончившій съ крѣпостнымъ правомъ, ибо впасть общины, горлопановъ и лежебоковъ, была ужаСНа уже тѣмъ одним, что она всегда была тутъ, что она всегда висѣла надъ человѣкомъ, и день, и ночь. И я настаиваю: не мудрые старичин, опираясь на подожокъ, вели сходы по-Божьи, по Правдѣ, по со­ вѣсти, а именно горлопаны, шпана. Въ послѣдніе годы ни одинъ хорошій, серьезный мужикъ уже Не ходилъ на сходы, боялся ихъ, прятался отъ нихъ, и верховодила на нихъ пьяная «слободка», рвань. И освобожденіе хорошаго, хозяйственнаго и трудолю­ биваго мужика отъ власти этихъ по Дан новъ крестьян ства — величайшее благодѣяніе и для крестьянства и для Россіи. III. Я очень много ѣздилъ по крестьянской Россіи и меня, человѣка, выросшаго вт. крестьянской обста­ новкѣ, но видавшаго близко, КаКЪ живетъ европейское крестьянство, ВСеГДа поражало убожество нашей де­ ревни. Земля, большей частью, плохо обработана, скотъ плохой, стройка нескладная, безтолковая, за пущенная, всюду какая-то точно неувѣренность ВЪ завтрашнемъ пнѣ и равнодушіе кт. будущему вообще. И всЬ стонали: стонали отъ необычайно развившагося за послѣдніе голы хулиганства, стоналиотъ всяческихъ безпорядковъ въ жизни, стонали отъ недостатка