b000002291

степени вызвана этимъ недостаткомъ общественнаго и частнаго вниманія къ устроенію нашей земли, нашей деревни, нашего сельскаго хозяйства: сытый и куль турный крестьянинъ не пошелъ бы въ революцію, а безъ крестьянства невозможна была бы никакая рево­ люція. И эту великую ошибку нашу, этотъ Даже грѣхъ намъ теперь необходимо исправить. Прежде чѣмъ говорить объ устроеніи деревенской Россіи нужно предварительно устранить тѣ предраз­ судки, которые загромоздили и исказили сущность земельнаго вопроса в ъ Р оссіи и вездѣ. Радикальною частью обЩества было вложено въ этотъ вопросъ очень много пыла, но этотъ, прежде всего хозяйственный, вопросъ можно и должно рѣшать не пыломъ, а, наобо­ ротъ, спокойнымъ хозяйственнымъ расчетомъ. И всѣ реформаторы, кричавшіе на митингахъ И бъ газетахъ о крестьянскомъ земельномъ утѣсненіи, прежде всего упускали изъ ВИда, что запасы свободныхъ земель въ Россіи совсѣмъне такъ велики, какъ это представля­ лось ихъ воображенію. По приблизительному подсчету знатока земельнаго вопроса Н. П. Огановскаго для того, чтобы всѣ малоземельные крестьяне — мало земельнымъ крестьяниномъ принято было считать такого, КаКОй имѣетъ не болѣе 9 дес. на дворъ, т. е. цѣлое богатство съ точки зрѣнія крестьянина евро­ пейскаго! — имѣди бы не менѣе 10 две. на дворъ, имъ нужно было прирѣзать 58.000.000 дес. Передъ ка тастрофой нашей въ рукахъ частныхъ землевладѣль­ цевъ нах0дИЛ0сь земли всего 68.000.000, но третья часть площади была, подъ лѣсами, которые даже самое революціонное правительство, прИ скОЛЬко-НИбудЬ куЛЬтурномъ взглядѣ на обшегосударственныя задачи, не можетъ отдать темной деревнѣ, потому что это значило быобречь эти лѣса на истребленіе, обезводитъ рѣки, поставить города и промышленность въ полную зависимость отъ тайнаго крестьянства. Итакъ. за отходомъ Къ государству 23 .000 .000