b000002290

И вдругъ, губы ея запрыгали, лицо искривилось, все старое тѣло затряслось. — Истосковалась. . . вся . . . Мѣста себѣ не найду. . , —пролепетала она, обрывающимся голосомъ, плача. — Вся душа. . . кровью изошла. . . Все Бориска и Бо­ риска . . . Афимья только вздохнула, — она знала, что утѣшать нельзя, что нѣтъ утѣшенія. — Такъ вотъ и вижу, такъ вотъ и вижу, какъ живой стоитъ. . . — неподвижно и нѣжно, точно на Бориску глядя предъ собой, говорила, плача, Пелагея. — А то вотъ вижу, умираетъ онъ. . . Все стонетъ, все мечется, а утихнетъ, говорить начнетъ... что, будто, вишь, кладъ онъ нашелъ и что одѣляетъ онъ сирыхъ, нищихъ и убогихъ. . . что будто покинулъ онъ насъ. .. и святымъ сталъ. «Преподобный Борисъ я, *—говоритъ... А тамъ опять метаться. . . метаться. .. а тамъ утихъ. .. и . . . Господи-батюшка, Владычица, Заступница, прибе­ рите ужъ и меня, старую грѣшницу... снимите съ меня тяготу. . . нѣтъ мнѣ мѣста на землѣ . . . нѣтъ покоя... Охваченная тоской, Афимья снова стала молиться. Рыданья за спиной ея утихли. Она тихонько огля­ нулась: Пелагея молилась... И снова приступила она къ книгѣ. — «Хвалите Господа съ небесъ, хвалите Его въ выш­ нихъ, — особеннымъ, какимъ-то величавымъ голосомъ начала она. — Хвалите Его вси ангели Его, хвалите Его вся силы Его. Хвалите Его солнце и луна, хва­ лите Его вся звѣзды и свѣтила. Хвалите Его небеса небесъ и воды, яже превыше небесъ, да восхвалятъ имя Господне! Яко Той рѣче и быша, Той повелѣ и создашася. Постави я въ вѣкъ и въ вѣкъ вѣка, по-