b000002290

III. — „Малиновы Луга“. Надъ серебристо - зеленымъ раздольемъ Окши, на высокомъ, крутомъ берегу стоитъ старинная, заброшен­ ная барская усадьба, «Малиновы Луга»: потемнѣвшій отъ непогоды домъ съ когда-то бѣлыми колоннами и почти совсѣмъ развалившіяся службы, за которыми тихо умираетъ старый, заглохшій садъ. А вкругъ дома, по-надъ берегомъ, красуется дивный, солнечный и душистый старый паркъ. Этимъ годомъ, такъ около вешняго Николы, пріѣхали въ «Малиновы Луга» городскіе господа: баринъ съ барыней, двое дѣтей ихъ да прислуга. Баринъ, Петръ Николаевичъ, былъ худой, чахлый человѣкъ въ очкахъ, похожій на старую, больную цаплю; барыня — ее звали Анной Ивановной — была тоже блѣдная и худая, тоже въ очкахъ, и волосы у нея были острижены коротко, какъ у мужика; дѣти, Костя и Соня, тоже были худенькіе, съ очень миленькими, бѣлыми личиками, дѣлавшими ихъ похожими на ландыши.. . Первое время они всѣ, и большіе, и малые, все бѣгали по парку, по-надъ берегомъ, смотрѣли на Окшу и все ахали: такъ имъ было хорошо! А Петръ Николаевичъ выйдетъ утромъ съ книгой, сядетъ на полуразвалившейся лѣст­ ницѣ на террасѣ, — глядишь, книга валяется на ступенькѣ, а онъ все смотритъ, все смотритъ въ го­ лубыя, солнечныя дали, прорѣзанныя серебряной Ок шей, и не можетъ наглядѣться.. . Середь лѣта, — уже покосы кончились, — у нихъ тяжело заболѣла прислуга и ее отвезли въ городъ, въ больницу. Сама Анна Ивановна управиться со всѣмъ не могла да и не умѣла, и они стали искать себѣ новую прислугу; но въ глухомъ лѣсномъ краю