b000002290

И точно стыдясь, точно стараясь скрыть что-то, Филька вдругъ съ улыбкой, капризнымъ, плясовымъ говоркомъ зачастилъ: Баушка-Варварушка, Гдѣ была? Коней пасла! Чего выпасла'? Жеребеночка!.. — Филька!.. — тихонько, съ упрекомъ вырвалось у Бориски. — А - а ! . . Не любишь ? ! . Нѣтъ, ты всего пос­ лушай!.. — засмѣялся Филька и еще задорнѣе за­ частилъ: Жеребеночекъ гдѣ? Бъ камыши ушеть! Камыши тѣ гдѣ? Дѣвки выломали! А гдѣ дѣвки тѣ? За мужья ушли! А мужья гдѣ? Померли! А гроба гдѣ? Погнили! Кто по нимъ поплакалъ? Баушка горбата Да свинья мохната!.. — Ухъ ты !.. — крикнулъ онъ. — Вотъ какъ у насъ! .. И его рожа расплылась въ широкой, какъ масле­ ница, улыбкѣ. А Бориска чуть не плакалъ, — такъ ему было жаль чего-то...