b000002290

тошку воровать, рѣпу, горохъ. . . Шалашъ бы себѣ поставили. А ? Мысль была принята съ восторгомъ. Работу бросили и стали горячо обсуждать дѣло поселенія. Васютка предложилъ идти сейчасъ же ставить шалашъ внизу, въ оврагѣ, у Громоваго ключа. — А отчего не здѣсь ? — сказалъ Петька. — А здѣсь найдутъ... Придетъ какой за кладомъ и увидитъ, — отвѣчалъ Васютка. — Вонъ ихъ сколько нарыли, что твои свиньи ... А тамъ будемъ жить, никто не узнаетъ. И вода близко, ежели картошки тамъ сварить понадобится али что ... Всѣ полѣзли внизъ. Въ темномъ, жуткомъ оврагѣ, полномъ сѣраго бурелома и густой влажной травы, было сумрачно, тихо; пахло чѣмъ-то тяжело и сладко. Въ головѣ оврага стояли двѣ могучихъ ели; изъ-подъ корней ихъ билъ студеный Громовой ключъ, образо­ вавшійся, по преданію, отъ удара молніи. Вѣтви окру­ жающихъ ключъ деревьевъ были густо увѣшаны раз­ ноцвѣтными ленточками, крестиками, маленькими икон­ ками, — то были дары ключу отъ матерей, дѣтей которыхъ ключъ исцѣлилъ отъ «кумохи» и другихъ болѣзней. И Петька, и Бориска, и Мишка уже были — въ самомъ раннемъ дѣтствѣ — въ ледяныхъ объятіяхъ ключа, и потому онъ встрѣтилъ ихъ, какъ родныхъ, и точно улыбнулся имъ пестрой улыбкой своихъ ленто­ чекъ и образковъ. Припавъ къ живой, звенящей струѣ, дѣти напились холодной, индо зубы ломило, и вкусной воды и приня­ лись за постройку шалаша: одни, красные отъ натуги, ломали сухой подсѣдъ*) на жерди, другіе таскали •) Молодая поросль въ большомъ лѣсу.