b000002290

тѣ, которыхъ сердце было разбито, тѣ, которые потеряли дорогу въ жизни, тѣ, которыхъ томила тоска. И ста­ рецъ утѣшалъ, отогрѣвалъ ихъ и давалъ имъ настав­ леніе въ святыхъ словахъ старыхъ книгъ, и они ухо­ дили отъ него облегченные и окрѣпшіе. И, когда наша капелька проносилась въ потокѣ мимо пещеры старца, изъ пещеры этой вышелъ человѣкъ со^скорбнымъ лицомъ и, поцѣловавъ на порогѣ руку учителя, сталъ спускаться по каменистой тропинкѣ берегомъ потока внизъ. Уже у подножья горы путникъ остановился и, наклонившись къ ручью, погрузилъ въ него свою оплетенную соломой флягу: здѣсь потокъ отклонялся по равнинѣ на западъ, туда, гдѣ текла, сверкая въ лучахъ утренняго солнца, большая рѣка, а ему нужно было идти на востокъ пустынными и маловодными степями. II капелька попала въ его бутылку, гдѣ было такъ тѣсно и такъ жарко подъ лучами жгучаго солнца. Она не могла отдать себѣ отчета, сколько времени пробыла она въ бутылкѣ. Нѣсколько разъ человѣкъ открывалъ свою флягу и отпивалъ немного воды, и снова шелъ, и шагъ его былъ медленъ: видимо, онъ слабѣлъ отъ невыносимой жары, которой не умѣряло даже дыханье далекихъ ледниковъ Гималаевъ. И вдругъ путникъ остановился и что-то наклонился къ землѣ, а потомъ открылъ ф л ягу ... При свѣтѣ уже склонявшагося къ западу солнца капелька увидала лежащаго на дорогѣ человѣка съ закатившимися гла­ зами и тяжело подымающейся грудью. Путникъ по­ смотрѣлъ, сколько воды осталось во флягѣ, и, видимо, въ душѣ его поднялась борьба: путь былъ не близкій, воды оставалось уже немного, и самого его томила мучительная жажда. Но онъ вспомнилъ то, чему училъ