b000002290

оружались палками съ рогульками на концахъ и наступали на Мишку. Мишка, завидѣвъ враговъ, поднимался на заднія лапы и, фыркая и прижимая для острастки уши, ждалъ. Вотъ одна рогулька тихонь­ ко толкнула его въ грудь , — Мишка фыркнулъ. Вотъ другая, —Мишка ударомъ лапы сразу вышибаетъ ее изъ рукъ врага. А третья уже толкаетъ его въ спину,—Мишка вырываетъ ее изъ рукъ Тани, валитъ Таню на траву и бросается за Катей. Иракъ и Леди съ громкимъ лаемъ хватаютъ его зубами сзади. Мишка обертывается, даетъ обоимъ по оплеухѣ и быстро такъ, не успѣешь глазомъ моргнуть: разъ, р а зъ ... Собаки съ визгомъ, поджавъ хвосты, отскакиваютъ въ сто­ роны, а Мишка уже повалилъ Петю и гонится за увертливой, звонко хохочущей Таней. Еще минута, — и всѣ обращены въ бѣгство, а Мишка стоитъ на заднихъ лапахъ одинъ посреди лужайки и побѣди­ телемъ фыркаетъ на враговъ. Если бы всѣ сраженія на землѣ были такъ веселы! Но едва ли не большимъ удовольствіемъ для Мишки было влѣзть на какое-нибудь высокое дерево. Влѣ­ зетъ, бывало, на одну изъ старыхъ липъ, окружавшихъ домъ, поднимется на самую верхушку и сидитъ тамъ, тихо покачивается вѣтеркомъ и смотритъ вдаль, — можетъ быть, на родные раменскіе лѣса, синѣющіе вдали за блестящими излучинами многоводной Окши. — Мишка!.. Мишка!.. — зовутъ его дѣти, но, обыкновенно такой послушный на зовъ, Мишка и ухомъ не ведетъ: сидитъ себѣ, покачивается да смо­ тритъ въ синюю даль. . .