b000002289

два матроса-балтійца и одинъ лохматый. Нанимаютъ столпы., ѣдятъ, пьютъ, не считая, и все о чемъ-то перешептываются. Кончили. — Сколько? — 89 р. — отвѣчаетъ дѣвушка. Матросъ швыряетъ — не даетъ, а именно швыряетъ, съ вызывающимъ шикомъ, — ей керенку въ 250 р. — Пал-лучай. . . — Нѣтъ ли помельче? — говоритъ та. У меня сдачи н ѣ тъ .. . — А нѣтт. и не надо. . . — отвѣчаетъ онъ. — Возьми себѣ всю. . . И шумно, съ эффектнымъ трескомъ удаляются. — А не знаете ли вы, кто этотъ молодой человѣкъ? — спрашиваю я моего собесѣдника. — Вотъ этотъ въ во­ лосахъ и въ дтяяиоіъ капотѣ какомъ-то. . . Я постоянно встрѣчаю его тутъ. И всегда держится съ такимъ значитель­ нымъ видомъ. . . —- Какъ? Вы не знаете Юрочки Саблина? . . . — Какой такой Юрочка? Первый разъ слышу. . . — Вы провинціалъ. . . Да вѣдь это бывшій главко­ верхъ всѣжи вооруженными силами совѣтской республики н а . . . позвольте: на какомъ, въ саномъ дѣлѣ, фронтѣ? Кажется, на донскомъ. . . ' — Да чего же онъ тутъ околачивается? — Онъ уже разжалованъ, кажется. . . Вскорѣ этотъ лохматый. страшно увѣшанный оружіемъ Юрочка былъ, объявленъ почему-то лѣво - бѣло - эсеромъ, соціалъ-предателемъ. приспѣшникомъ буржуазіата, врагомъ народа н проч. п арестованъ, а потомъ былъ назначенъ опять главнокомандующимъ обороной Краснаго Харькова, который оиъ, однако, не оборонилъ.