b000002289

Человѣчество подняло красное знамя интернаціонала, братства народовъ, но въ тон же Россіи на нашихъ глазахъ оно не только не слилось въ одну огромную братскую семью, но наоборотъ, съ необычной силой, даже съ яростью какой-то начался какъ разъ обратный процессъ — п это только одинь изъ безчисленныхъ парадоксовъ революціи — .самоопредѣленія народовъ*, н осколки прежнихъ огромныхъ отечествъ стали ярко окрашиваться въ своя національные цвѣта Чехія, Венгрія, Польша, Украина, Литва, Грузія, Латвія, даже Крымъ . . . — п, конечно, прежде всего стали заводить свои національныя арміи — не для братскихъ объ­ ятій, конечно, хотя тайные учителя и учили нашихъ про­ стачковъ, что цѣль солдатъ — цѣловаться, братаясь . . . Въ каждомъ маленькомъ народцѣ обнаружилось стремленіе не къ тому, чтобы слиться съ другими во всечеловѣчествѣ, чтобы распылиться, а наоборотъ, къ тому, чтобы обосо­ биться, зажить своимъ особымъ, ревниво оберегаемымъ дом­ комъ. Но если ужъ не всечеловѣчество, а свой домъ, такъ ужъ пусть не жалкая хнжппка, а огромный, богатый дворецъ, которымъ была Россія до нашего опыта. Отечество нѳ выдумка бпржуазовъ, а реальность, какъ реально, напримѣръ, чувство особой, пусть даже неразумной любви къ своимъ дѣтямъ. Отечество это мой домъ, мое хо­ зяйство. Но домъ, хозяйство предполагаетъ извѣстную орга­ низацію и насильственное разрушеніе цѣлости этого огром­ наго, живого, естественно сложившагося въ теченіе столѣтій организма вызываетъ, какъ это узнали мы отлично на своей собственной шкурѣ, страшныя страданія населяющихъ его человѣческихъ существъ. И потому оно должно не только защищаться, но иногда даже — въ борьбѣ за существо­ ваніе — и нападать: Россія должна была покорить безпо­ коившій ее хищный Кавказъ, Россія не могла обойтись безъ бакинской нефти, Россія должна имѣть свой хлопокъ въ Средней