b000002289

ловъ, котораго большевики, громя изъ пушекъ Москву, сперва тяжело ранили снарядомъ въ ногу, а потомъ заса­ дили старика, не желавшаго идти къ нимъ на службу, въ тюрьму, исчезъ куда-то Родзянко, бѣднаго милаго Шинга рева застрѣлили, исполняя, вѣроятно, чью то , инструкцію “, пьяные матросы, Бѣлорусовъ бѣжалъ къ А. Б. Колчаку за Волгу, чтобы основать въ Сибири газету, ушелъ царскій палачъ к опричникъ М. В. Алексѣевъ па далекую Кубань, чтобы съ горстью офицеровъ-добровольцевъ, безъ гроша въ карманѣ, продолжать удивительное по дерзости замысла дѣло погибшаго за Россію Корнилова . . . Я вышелъ изъ того возраста, когда человѣкъ склоненъ видѣть то, что близко его сердцу, исключительно въ ро­ зовомъ свѣтѣ. Я вполнѣ ясно видѣлъ, что къ группѣ искрен­ нихъ патріотовъ, людей долга и чести, въ тонъ же нашемъ совѣщаніи ясно примѣшивалась слѣпая и тупая контрреволюція , явные хищники, которые дуиали, что ихъ толстое брюхо и Россія одно и то же. Какъ то, сидя съ А. С. Бѣло­ русовымъ въ одномъ изъ редакторскихъ кабинетовъ въ „Рус­ скихъ Вѣдомостяхъ*, на такъ называемомъ „монархическомъ диванѣ “, я сказалъ ему объ этомъ. — Ото вѣрно . . . — сказалъ онъ. — Мы должны понимать, что нашей работой легко могутъ воспользоваться эти хищники. но что же дѣлать? Россію спасать все же надо . . . Не очень сладко разговаривать и съ графомъ Мирбахъ, а приходится . . . — А что онъ? Онъ говоритъ,, что не чувствуетъ, за нами реальной силы . . . — И чувствуетъ ее за большевиками?! — Очевидно! — пожалъ онъ плечами. — Ну, дорого заплатятъ нѣмцы за это ослѣпленіе!. . .