b000002289

эдакая партія, а про самую-то главную, небось, ни слова не сказалъ! . . . — Про какую главную? — А про совѣтъ солдатскихъ то депутатовъ! — Да развѣ это партія ?! — А то что же? Погляди-ка, во всѣхъ газетахъ только про нихъ и пишутъ. И ты, знать, съ нимъ, батюшка, иа одно тянешь. . . О пресловутыхъ совѣтахъ, дѣйствительно, стали пого­ варивать все больше и больше. И нельзя было иначе: они верховодили уже всей жизнью. Въ одну минуту нашъ Влади­ мірскій совѣтъ, напримѣръ, рѣшалъ сложнѣйшія юридическія дѣла, арестовывалъ, освобождалъ ранѣе арестованныхъ, вы­ носилъ головоломныя обязательныя постановленія и, говорили, рѣшалъ даже дѣла бракоразводныя. Вечеромъ того же дня ко мнѣ пришли старики. — Вотъ что, Федорычъ, говоришь ты гоже, словъ нѣту . . . — сказали они мнѣ. — Но только, по совѣсти, больно много: пока одно говоришь, ничего, понятно, какъ слѣдоваетъ, а какъ заговоришь про другое, первое ужъ и изъ головы вылетѣло. Всего мужицкой головѣ не удер­ жать . . . Такъ вотъ и пришли мы попросить тебя — ты хоша п произошелъ, но все же свой намъ, булановскій, насъ, земляковъ, знаемъ, не обманешь, мы тебѣ вѣримъ, — такт, вотъ и посовѣтуй намъ въ одно слово: въ какой уголъ пре­ клонить намъ голову? Куды велишь ты записаться намъ, въ какіе ? . . . Заплутались мы совсѣмъ . . . Я сталъ разъяснять этимъ сѣдымъ младенцамъ, что не только не могу я велѣть записаться имъ туда или сюда, но не могу даже н совѣтывать. Мое дѣло все разсказать, а это У*® Дѣло каждаго отдѣльнаго республиканца выбирать себѣ дорогу по вкусу.